Книга Предатель. Ты променял меня на бывшую, страница 92 – Алиса Верди

Он мечется в его взгляде, быстро перерастая в панику. Так странно. Никогда не видела у него такого испуганного взгляда.

— Нет, девочка моя! Только не это! Не говори, что ты меня разлюбила, прошу! Не рви мне душу!

— А что это меняет?

— Да я просто сдохну тогда, Мил!

Ох, сколько отчаяния в его взгляде!

Слова застревают в горле, чувствую, как начинают гореть легкие.

— Не сдохнешь. Мы с тобой можем жить друг без друга, Юра. Я тоже думала, что не смогу, но видишь — живу.

Правда плачу по ночам и ору в подушку, но это уже не так важно. Живу же.

— Не надо без меня, девочка моя! — горячо шепчет он, лихорадочно блестя глазами. — Знаю, что ты можешь. Знаю, моя хорошая. Ты у меня сильная, я даже не думал, что настолько. А еще очень гордая. И мне это нравится. До безумия все в тебе нравится. Ты только не переставай любить меня, ладно?

Большие пальцы его рук обводят контуры моего лица, гладят, ласкают, бережно прикасаются. Его темно-серые глаза сейчас кажутся почти черными. Их взгляд обжигает, а я почему-то теряю всю свою злость и решимость.

Нет, мои чувства к бывшему мужу еще не прошли, как бы мне того ни хотелось. Я была бы и рада его разлюбить, но не могу.

Делаю судорожный вдох. На рецепторах оседает запах кожи и парфюма с древесными нотками.

— Мила… — я чувствую, как его руки уже скользят по моей спине, а его пальцы впиваются в поясницу, притягивая к себе ближе.

И тут он жадно и как-то отчаянно припадает к моим губам и сильно надавливает на мой рот, заставляя его раскрыться. Я захвачена врасплох и никак не успеваю отреагировать.

Он пользуется моментом и полностью захватывает инициативу. Я вынуждена ему подчиняюсь, а его язык проникает в мой рот и встречается с моим.

Помимо воли вдоль всего позвоночника пробегает волна жара. Тело не слушается, обрадованное знакомыми и такими желанными ощущениями, по которым оно так скучало, а сердце учащенно бьется.

Боги! Его губы, язык, такое родное и знакомое тело, вжимающееся в меня, запускают во мне инстинктивную реакцию.

Сладкий обжигающий жар, рваное дыхание, испарина на коже, томление внизу живота.

‍Я отвечаю на поцелуй, ненавидя его и себя. Сгорая от стыда за слабость, я уже сама прижимаюсь к нему, жадно скользя руками по широким плечам.

Его щетина царапает мне кожу, а подбородок уже горит, но мне плевать.

— Как же я скучал, девочка моя… — жарко шепчет он, скользя губами по моей коже, — моя девочка… только моя… не отпущу тебя никогда, слышишь?..

И мне так хочется, чтобы не отпускал!

Части меня стыдно за подобное слабоволие, стыдно за то, что сдаюсь ему, но при этом другая часть меня радуется и поет от счастья, сходя с ума от блаженства и близости.

— Чувствуешь это?.. Скажи, чувствуешь?..

Да, я чувствую. Сейчас еще сильнее чем раньше. Ярче, острее, пронзительнее.

Это какое-то безумие, страсть, которая сметает все на своем пути.

Ей плевать на обиды, слезы, гордость. Она стремится соединить нас, а мы в ее плену жадно вгрызаемся друг в друга, отвечая на это древний зов, забыв на время обо все остальном.

Я оказываюсь, кажется, на комоде, мое платье скользит вверх по бедрам.

— ………, чулки надела… — рычит Юра и одним рвет на мне трусики. — Для меня только будешь их надевать, ясно?

Между нами сейчас нет нежности. Все резко, грубо, даже яростно. Но от этой дикости рвет крышу.