Книга Жестокая любовь мажора, страница 100 – Маша Демина

Я в полнейшем непонимании закрываю за нами дверь, и только тогда Лена отпускает меня и впивается кричащим взглядом: «А ты не оборзела?»

— Может, ты уже объяснишь? — я вопрошающе развожу руками, едва сдерживая смех. — В чем дело-то?

Лена прерывисто втягивает носом воздух, складывает на груди руки и дергает коленом.

— Ну… Я… Вообще-то, я думала это ты мне объяснишь, в чем дело и почему я не в курсе ваших… телодвижений.

Я усмехаюсь, поджимая нижнюю губу и кивая.

— Что ты подразумеваешь под «ваших телодвижений»?

— Ах, прекрасно. Просто прекрасно, — она хлопает ладонями себя по бедрам и, нахмурившись, смотрит на меня. — Ты будешь и дальше делать вид, что вчера у вас с Илаем не было свидания?

Я открываю рот и из него вырывается искренний звук удивления.

— Эм-м… а можно поинтересоваться из какого источника ты об этом узнала?

— Это неважно, — отмахивается она с легкостью, которая присуща только этой козе. — Важно то, что я чуть с ума не сошла. Нет, сначала я даже обрадовалась: Пантера хоть и задница, но каким-то волшебным образом заработал себе баллы в моем лице, НО! — Лена выставляет указательный палец, широко распахивая свои и без того огромные глазюки. — Когда ты не вышла на связь — ни вчера вечером, ни сегодня утром, ни даже в обед! — я, конечно же, забила тревогу! Нет, ну а чего ты от меня ожидала? — продолжает она тараторить, вываливая мне на голову свой сумасшедший монолог, будто это у нее вчера был секс, а не у меня. — В конце концов, — она сдувает прядь волос с лица, — что я должна была подумать, зная ваше прошлое?

Я прищуриваюсь и с любопытством склоняю голову набок.

— И что же?

Она выглядит немного растерянной от моей спокойной реакции. А потом выпаливает на одном дыхании:

— Ну точно ничего хорошего! А все потому, — Лена обвинительно покачивает головой, спасибо, что не цыкает, — что моя подруга даже не соизволила поделиться этой новостью со мной. А я, на секундочку, приложила руку к вашему воссоединению.

Я улыбаюсь, прикусывая нижнюю губу.

— И кто же поделился с тобой этой тайной новостью? — снова возвращаюсь к своему вопросу.

Она открывает рот, но тут же закрывает его, после чего распрямляет плечи и строит из себя строгую училку:

— Ты не в том положении, чтобы устраивать мне допрос, дорогуша. Ты заработала охренительный штраф. Да-да. Я очень возмущена. Подруги всегда звонят друг другу, когда дела касаются всяких любовных штучек, они разрабатывают план, разговаривают, просят совета и все такое. Радуются и плачут вместе. Понимаешь, да?

— Понимаю, — произношу примирительно, но не могу скрыть лукавой ухмылочки. — Да, у нас с Кириллом и Илаем вчера намечалось совместное свидание, но все пошло не по плану, и мы остались тут. Ну и как-то не до телефона мне было.

Между нами повисает тишина, а я жду, когда до этой сумасшедшей дойдет.

Лена рассеянно присаживается на подлокотник дивана, а потом поворачивается и замечает на полу одеяло с раскуроченной простынью, до уборки которых у меня еще как-то руки не дошли. Спустя несколько секунд она возвращает ко мне горящие глаза и широко распахнутый рот.

— Это то, о чем я думаю?

Я облизываю губы и пожимаю плечами.

— Не знаю. Мне уже страшно представить, что ты там думаешь.

— Бо-оже-е, — пропевает подруга и снова смотрит на место «преступления», затем встает и внимательно изучает на меня взглядом. — Боже, Самойлова. У вас в самом деле все было?