Книга Как я медведя женила, страница 87 – Ксения Васёва

Я невольно поёжилась, а Вед отвёл глаза. По крайней мере, стало понятно, почему Руд злится. Служба в приказе требовала внимания и собранности, это не развлечение для бестолковых молодцев. На карту поставлена империя, её процветание и покой. За Ведагором стоял могущественный род Темновских, и княжич мог позволить себе "не справиться". Ему-то ничего не угрожало, а что будет с приказом, страной, людьми?..

Вопрос открытый.

То же касается и меня. За девицу Руд получит сполна — и что в мужской приказ взял, и что дело важное поручил. Это ж баба, её удел — детей рожать!..

Фу.

— Думайте, — бросил оборотень в тишине.

* * *

В деревню с красивым названием "Озёрная Даль" мы приехали на следующий день. По словам Веда, это была единственная имперская деревня в округе. По Озёрной Дали проходил Главный Западный тракт — дорога в Полонию и в княжество Темновское. Если же отклониться от тракта и взять южнее, то можно попасть в другой языческий город — Зелёно-Лесное.

— Переночуем в деревне, — сообщил нам Руд, выбираясь из кареты, — заодно поспрашиваем местных. Вдруг кто-нибудь да слышал про княжну.

— Сомневаюсь, — фыркнул Вед, — все "упыри" у нас западнее по тракту. Тащить девку в империю нет смысла. На ближайшей же заставе изловят и вернут обратно.

— Если её украли, — со знанием дела потянула я. Руд подал мне ладонь, помогая спрыгнуть с подножки. Держать его за руку было приятно, и я прильнула к оборотню. Захочет — сам отпустит, правда?..

— О чём ты, Лапка? — Темновский повернулся ко мне.

— А разве это не очевидно?.. Если княжна не желала смотрин, то у неё, возможно, имелся свой кандидат. Сбежать из бабушкиной избы намного проще, чем из дворца, а упыри на моей памяти ни разу не подкидывали записки. Да и в имперской деревне легче затеряться, чем среди язычников.

— Но записку мог написать и похититель, — резонно возразил Вед, — я шапочно знаком с княжной Иленой. Она избалованная девица, но не дурочка в бантиках. Сбегать абы с кем Илена бы не стала, пугать родителей — тоже. Я бы сказал, что она девица неплохая, но очень продуманная. Мне её сватали лет эдак пять назад.

— Не понравилась? — во мне проснулось любопытство свахи. По деревянным мосткам мы дружно направились к постоялому двору — с виду добротному и чистому. От гостевой избы сладко пахло мёдом и сдобным тестом, и никаких пьяниц в округе не наблюдалось.

Даже странно — постоялый двор без шума и ругани. Где-то плескалась вода, у дверей избы напевала хозяйка, поглаживая кота, и лишь ветер доносил какой-то неясный гул.

— Не сошлись характерами, — усмехнулся Вед, тоже прислушиваясь, — Илена привыкла юлить, умалчивать и добиваться своего любой ценой. Я не оценил и не принял её, но врать не буду — внешне она прекрасна. Нежная томная фиалка, а не девица. Я долго её забывал... А куда все подевались?!

Да уж, тишина в деревне вечером — плохой знак.

— Ой, здравствуйте, гости дорогие! — подскочила хозяйка. — Все на площадь Колокольную ушли, упырицу сжигать! Завелась у нас злыдня клыкастая, беду да погань наводила! Спасибо, добрые люди подсказали, помогли бесовку изловить! Вон, на закате сжигать будут!

Мы словно на стену невидимую налетели!

— Какую... бесовку?! — рявкнул Руд, и хозяйка — румяная круглая женщина — испуганно попятилась. — Опять за язычниц взялись?! Законом империи запрещено жечь людей!