Книга В поисках дома, страница 114 – Валентина Бёрнс

Даже сейчас, когда она прислонилась к стойке, ее бицепс плавно напрягся от того, как она поднесла кружку к губам. Отпивая кофе, она смотрела на Хоуп пронзительными ярко-голубыми глазами.

— Привет, — небрежно поздоровалась Хоуп, бросая ключи в чашу у входной двери.

— И тебе привет, — ответила Айви с нейтральным выражением лица. — Не видела тебя все выходные. Выглядишь… покрасневшей.

Она знала, что это глупо, знала, что вела себя как шестнадцатилетний подросток, а не двадцатишестилетняя женщина, но не могла сдержать дурацкой улыбки.

При виде этого брови Айви исчезли под темно-каштановой челкой.

— Он настолько хорош, да?

Наливая еще одну кружку, она свободной рукой предложила Хоуп сесть на диван. Она добавила немного молока, как и хотела Хоуп, затем поднесла ей дымящуюся кружку и с мучительным вздохом плюхнулась на диван.

— Айви, он более чем хорош.

Хоуп сделала большой глоток. Сколько бы времени она ни провела в постели за последние два дня, поспать ей удалось очень мало, и ей требовался заряд кофеина.

— Он внимательный, интересный. Конечно, сильный и мужественный, но не в мачо-доминантном смысле. — Она остановилась, задумавшись. — Хотя и в этом смысле тоже. Но в хорошем, а не в пугающем, — поспешно поправилась она, зная, как непривлекательно звучит «мачо» и «доминант», особенно, для Айви. — Он больше похоже на мужчину, который знает, чего хочет. Но не возьмет ничего, что я не готова дать. Он… внимательный, но не слабый. Ты понимаешь, о чем я?

Объяснить многогранность Габриэля Уолша было непросто.

Айви посмотрела на Хоуп одновременно с весельем и сочувствием.

— Он хороший человек, Хоуп. Я сама тебе это сказала. Как бы то ни было, в данном случае я понимаю, что «мачо» и «доминант» означают уверенность в себе, с отличным прессом и еще лучшей задницей. И то, и другое определенно является плюсом для партнера по постели.

Хоуп отпила и вздохнула.

— Он мне нравится, — призналась она. — Очень.

В ее тоне не слышалось восторга, потому что она позволила себе влюбиться в этого мужчину, хотя прекрасно знала, что в конечном итоге все рухнет. И Айви была единственной, кто действительно понимал, почему влюбиться в такого человека, как Гейб, сейчас было далеко не идеально.

Айви поставила кружку на кофейный столик и глубоко вздохнула.

— Хоуп, ты ему расскажешь? — Судя по всему, Айви теперь умела читать ее мысли.

— Нет! — решительно сказала она, наблюдая, как предательское опасение закрадывается в глаза подруги. — Айви, нет, — повторила она. — Ни за что.

Чтобы дать понять о завершении разговора, Хоуп резко встала.

Она еще не совсем придумала, как рассказать о своем прошлом Гейбу, но знала, что ей придется сделать это так, чтобы не выдать свою сестру по сердцу.

Айви схватила ее за запястье и потянула обратно на диван, еще раз напомнив, какой сильной стала. Она тут же села.

— Хоуп, я достаточно взяла от тебя за последние несколько лет. Я бы не стала винить тебя, если бы ты рассказала Гейбу.

— Айви, перестань. — Ей не следовало ничего говорить, она должна была знать, что Айви каким-то образом найдет выход из кроличьей норы обвинений, за которыми обычно следует ненависть к себе. — С самого начала ты говорила, что не хочешь, чтобы кто-то знал об этом. Что ты хочешь смотреть вперед, а не назад.