Книга Возлюбленная Верховного Бестиара, страница 138 – Марина Эльденберт

По залу пронесся сдавленный вздох. Общий, словно никто не мог поверить в то, что Михаил говорит. Раздался шелест и стук каблучков: это Катерина подхватила юбки и бежала наверх, к балкону и дверям, откуда недавно спускалась вместе с мужем. Ее никто не стал останавливать.

— Я избавился от брата во время Разрыва, подстроил все так, будто он погиб. Вот только мало кто знал, что этот Разрыв спровоцировал я. Я нашел способ призывать Бездну собственной силой. От этого Разрыва я тогда и подпитывался. Долгое время. Я вытаскивал тварей через крохотные прорехи, выпивал их. Убивал и забирал их мощь по капле. Снова и снова. Я использовал их кровь для дальнейших разработок, но долгое время у меня ничего не получалось. До прошлого года.

Михаил оскалился, как будто сам рассказ о его «достижениях» доставлял ему удовольствие.

— Но до того произошло еще много всего интересного. Когда я понял, что Богдан, мой племянничек, по силе превосходит меня, я стал применять свое первое изобретение на нем. В нужном объеме оно испытано не было, но эффект получился потрясающий. Он слабел день за днем. Я же не мог допустить, чтобы Верховным стал он. Правда, вот незадача, однажды один селянин увидел, как я подпитываюсь от твари из некогда закрытого Разрыва. Я не успел убить его сразу, он гулял не один, и его позвали. Парень убежал, но мне повезло: он оказался нулевиком. Отравить его под арестом оказалось гораздо проще, чем просто в академии, где он учился.

Я бы, наверное, не сразу поняла, о ком он говорит, если бы Михаил не упомянул академию. И нулевика. Он говорил о Милене. Он говорил о том месторождении Бездны, куда нас возили во время того выездного занятия в академии.

Высший! Если бы я только знала…

Но, похоже, и мою магию, и Милена в нулевую выкинула именно близость Бездны, которую то и дело тревожил Михаил. Он продолжал говорить и рассказывать, и его жертвам действительно не было числа. Пожар в доме Семена и Марии, многочисленные исполнители, отравления, поджоги, убийства, произошедшее в Талминбурге, Зарина, Марика… Разрыв, который привел к расколу Лазовии, тоже был его рук делом: выпивая очередных тварей, он не справился с силой вырвавшейся Бездны, не смог ее запечатать, сбежал, и разрыв разошелся по землям: к тому моменту, как прибыли остальные, это уже приняло масштаб катастрофы. Михаил замолчал так внезапно, что чей-то сдавленный вздох прозвучал как выстрел.

— Убийца! – выкрикнул кто-то.

И толпа зашумела, загудела, заволновалась. Кольцо вокруг нас начало стремительно сжиматься.

— Ты рассказал не все! – крикнула я. Но вряд ли кто-то услышал, потому что шум стоял как на вокзале перед отправлением сразу трех поездов.

Я понимала, что одно признание ничего не решит, скорее, сломает меня окончательно. Потому что когда Михаил произнесет: «Я убил Богдана», – пути назад больше не будет, и во мне вдруг разом кончились силы. Под пустым взглядом Верховного, который еще не пришел в себя, я почувствовала, как слабеют мои колени. Держать меня больше было некому, даже мысль о Снежане не придала сейчас сил.

— Верховный! Верховный судья! – крикнул кто-то, указывая наверх, на балкон. Толпа разом развернулась туда, я подняла взгляд… и замерла. Потому что рядом с Верховным судьей стоял Богдан.