Книга Судьба исправлению подлежит. Шаг первый, страница 54 – Сусанна Ткаченко

Так. Стоп. Она сказала «породнившись»?

— Это каким же образом мы можем породниться? — проигнорировав Нигматуна, спросил я у Хиллар.

Неужели паучиха собралась за меня замуж? Это уму непостижимо! Или за отца? Но он женат. Мать хоть и в монастыре, но до сих пор является его законной супругой — ритуальную связь разорвать может только смерть.

— Точно так же, как и все, ваше высочество, — усмехнулась Хиллар, — при помощи брачного союза.

Если бы не Алтея и Мариэлла, вот тут бы скандал и разразился. Но я, к счастью, хоть немного был готов.

— Кого с кем? — уточнил я, приподняв бровь и оценивающе окинув паучиху взглядом.

Её, разумеется, он не смутил ни капли. Она только хрипло рассмеялась.

— У меня есть две дочери. Замечательные умные девушки, и обе подходят вам по возрасту больше меня. Я приглашаю вас в Стейтон, чтобы с ними познакомиться. Заодно сможете пройти курс лекций в нашем университете, чтобы лучше разбираться в экономике.

С меня хватит!

— Очень лестное предложение, госпожа Тонклин, но я не готов к брачным обетам, — сказал я, тщательно подбирая слова, и встал. — Может, обсудим ваше предложение когда-нибудь позже, а пока обойдемся менее тесным сотрудничеством. Всего хорошего.

Я едва заметно склонил голову и, выйдя из кабинета, аккуратно закрыл за собой дверь. В коридоре не удержался и запустил сгустком сырой магии в дальнюю стену. По ней пробежали красно-синие искры, но рассеялись, не принеся вреда, — гасители работали исправно.

Полегчало, и я, развернувшись на каблуках, пошел в покои моего отца — в это время он обычно к работе еще не приступал, а возился в мастерской или в оранжерее.

Только сейчас я понял, что мой отец никудышный император: проблемы он не любил и с удовольствием их перекладывал на чьи-то плечи, предпочитая с головой уходить в творчество. В оранжерее он выращивал экзотические растения, из которых потом мастерил поделки, сдобренные магией. Если первый советник пообещал ему благоденствие за счет дружбы с технарями (они тоже вкладывали в свои поделки магию, так что отец вполне мог почуять с ними единство и даже родство), то он будет только счастлив.

Но зачем они его тогда убьют? Неужели император прозрел и попытался противостоять захватчикам? Если так, то имеет смысл с ним поговорить.

Я вышел в дворцовый холл, чтобы пройти через него к лестнице, и в этот момент в двери вошли двое мужчин. Один — натуральный громила лет тридцати, второй — худощавый и постарше. Оба одеты в странные обтягивающие штаны из блестящей ткани и нижние обтягивающие торс сорочки с коротким рукавом белого цвета, но яркой надписью на груди «Стейтон станет великим». На ногах какие-то балетные тапочки, а волосы мокрые от пота. Технари явно занимались спортом на улице. Само по себе это даже похвально, но какого лысого мертвяка они в таком виде ходят через парадные двери? Для этого есть специальные выходы на спортивные площадки. Им совсем, что ли, приличия не знакомы?

Взбесили. Я остановился и демонстративно уставился на мужчин.

— Все вы уже изучали временные аномалии и знаете, почему невозможны видения далекого будущего. Но сегодня я хочу с вами поговорить о более сложных вещах. Не просто о видениях, а о перемещениях во времени, — сказал магистр Штейн сразу после звонка о начале урока.