Книга Герои на всю голову. Слабоумие и отвага, страница 106 – Анна Дрэйк

— А говоришь, тебя зря Скорпионом назвали, — поддразнила его Арин'дала и воодушевленно продолжила. — Карин'дала объявила сбор. Каждый эльф будет примерять часть священного медальона, которая у нас хранится. Кому он подойдет, тот и будет сражаться со злом за мир в Ландории. Правда, здорово?

— Не вижу повода для радости, — не разделил её восторга Дэймон. — Если Ашандар вернулся, то ничего, кроме войны и смертей, ждать не придется.

— А вдруг Избранной окажусь я? — мечтательно протянула Арин'дала. — А что? Мало кто сможет сравниться со мной в охотничьих навыках. Уверена, я смогу послужить на благо Родине.

Но Дэймон лишь мрачно поджал губы.

— Этого я бы точно не хотел. Тем более, — Дэймон снова притянул к себе Арин'далу и крепко поцеловал. — У меня к тебе очень важный разговор.

— Потом, потом, — поспешно замахала руками Арин'дала, отрываясь от него. — Я, вообще-то, на секунду забежала. Рассказать, где я буду. Ты меня отвлек.

— Тогда я с тобой, — Дэймон взял со стула серебристую тунику и быстро натянул на себя.

— Нет, милый, — нежно улыбнулась она. — Там участвуют только лесные эльфы.

— Что за расизм? — недовольно пробурчал Дэймон.

Арин'дала вновь рассмеялась.

— Не в том дело. В прошлый раз Избранной была лесная эльфийка. Значит, и сейчас нужно искать среди них.

— Можно я промолчу, насчет таких логических заключений? — Криво ухмыльнулся Дэймон. — Я так понимаю, этот ритуал настолько священен и таинственен, что присутствие такого непосвященного, как я, совершенно исключается?

— Для тебя это будет не более, чем скучное зрелище, — Арин'дала быстро поцеловала Дэймона и направилась к двери.

— Ну, тогда хватай медальон первая. Быстренько проваливай испытание и приходи на Светлую поляну.

— Как же мне дорога твоя вера в меня, — Арин'дала покачала головой. — Но, если провалю, то так и быть. Приду. Не зря же там «пересекаются дороги судеб, которые должны быть вместе», — торжественно процитировала она страницу из учебника.

И Дэймон внезапно улыбнулся. Так открыто. Так нежно, что Арин'дала смутилась. Сама не зная, почему.

— Ты чего такой?

— Просто подумал, как я тебя люб...

— Нет! — Арин'дала метнулась к нему и шутливо приложила палец к губам. — Скажешь и пиши-пропало. Темные эльфы такое же только раз говорят. Зачем мне такая ответственность? — Она рассмеялась и, крепко поцеловав Дэймона, вышла на улицу.

— Арин'дала.

Она оглянулась на голос.

— Лорен'дала? Ты тоже идешь? — она подождала подругу, и они вместе двинулись к Дереву Раздумий.

— Старейшина сказала явиться абсолютно всем эльфам. Без исключения, — надула пухлые, ярко накрашенные губки Лорен'дала. — Но я сразу говорю. Даже если Равновесие отколет такую шутку и сделает меня Избранной, ни в какой поход я в жизни не пойду. Ну, разве по лавкам с одеждой, — подмигнула она.

— А я вот, с удовольствием, — вздохнула Арин'дала. — Это такая честь — сражаться за свою страну. Значит, прожил жизнь не зря.

— О, знаменитый патриотизм нашей Лани, — закатила глаза Лорен'дала. — Удивлена, что ты еще не там.

— Зашла к Дэймону, — Арин'дала невинно подняла глаза к небу. — И задержалась.

— Оу, даже так? — Лорин'дала довольно хихикнула. — Хотя, вообще не представляю, как ты этот ядовитый ужас можешь выдержать.

Арин'дала пожала плечами.