Книга Артефакт для дракона. Дело о пропавшей звезде, страница 2 – Лина Шамаева

Кара небесная жила в семействе Ру несколько веков, переходя от матери к дочери, и считала себя практически главой семьи. В раннем детстве Тата принимала любое слово Марикары за чистую монету, в подростковом возрасте поведение фамильяра забавляло и находило живой отклик в душе хулиганистой девчонки. Но теперь, когда Тата стала взрослой самодостаточной девушкой двадцати двух лет от роду, навязчивые поучения древней белки периодически вызывали приступы раздражения.

— Рошу! [1] Рошу, смотри, что я подготовила для тебя!

Истошный вопль Кары заставил Тату вздрогнуть и недовольно поморщиться.

— У тебя склероз, Марикара? Сколько раз я просила не называть меня этим дурацким прозвищем! — возмутилась девушка.

— Не смей напоминать мне о возрасте! Я вечно молода и прекрасна! — негодующе фыркнула белка.

— И вечно беспардонна, — пробурчала Тата. — Позже обсудим, какая ты особенная, а сейчас не мешай — я работаю.

— Пфф! Работает она! — всплеснула лапками белка, снисходительно глядя на ватман, лежащий на столе. — Я, между прочим, тоже не просто так, а по делу. Вот!

Поверх скрупулёзно вычерченного макета шлёпнулся замусоленный и надорванный по краям лист.

— Это что? — Тата брезгливо сдвинула в сторону подозрительную бумажку и требовательно посмотрела на фамильяра.

— Это чертёж офигенного ледяного городка! — горделиво вздёрнула носик Кара.

— Спасибо, у меня уже есть, — дипломатично отказалась девушка, вновь склоняясь над рисунком.

В кои-то веки Тата была довольна и испытывала гордость за своё творение. Макет получился просто загляденье, ей удалось создать нечто новое и оригинальное. Остались последние штрихи, и можно нести в городской совет для утверждения.

— Ты про эту писульку? — белка бесцеремонно ткнула когтём, оставив некрасивую дыру аккурат в районе украшения на верхушке ели.

— Марикара!!! — сердито взвыла Тата.

[1] рошу — красный (рум.), прозвище рыжих

Почуяв, что перегнула палку и дело запахло жареным, белка проворно отскочила в сторону. И уже с безопасного расстояния принялась обиженно предъявлять претензии.

— Нечего орать на меня из-за какого-то микроскопического прокола! Тем более, твой скучный проект никуда не годится! Не то, что мой! Хватай уже его и дуй в управу. Ещё спасибо скажешь, когда они там все попа́дают в обморок от нереальной красоты, которую я изобразила.

— Нести вот это? Серьёзно? Они действительно попадают, только от брезгливости! — Тата двумя пальцами подняла убогий листок и демонстративно помахала им перед беличьим носом.

— Зато видно, что с ним активно работали! — огрызнулась белка.

— Угу, мяли, жевали, кажется, ещё и топтали, — цыкнула Тата.

— Ты даже не рассмотрела мой рисунок! — топнула лапой Кара.

— И не собираюсь! — отрезала Тата, демонстративно отпихнув листок в сторону.

Под оскорблённое пыхтение белки она заделала дефект на макете, налепив сверху красиво переливавшуюся звезду из бумаги с блестками. Аккуратно упаковала в тубу свёрнутый лист ватмана и поднялась, чтобы идти одеваться. Именно в этот момент на столе истошно заверещал мобильный кристаллофон.

Тата глянула на дисплей и чертыхнулась — звонила Липа Лупеску, секретарша начальника департамента по организации культурных мероприятий. И вот ведь какое дело — единственный дизайнер славного города Чешуешту имела честь служить именно в этом департаменте.