Книга Тайна острова драконов, страница 16 – Валентина Гринкевич

Конюшню я покинула минут через двадцать. Кот шел рядом со мной, величаво задрав кверху белый пушистый хвост.

— Толик, а ты летать умеешь? — спросила я у него.

Кот мой вопрос проигнорировал, даже ухом не повел.

— Ну серьезно, умеешь или нет? Я бы, наверное, хотела попробовать. Каково это на пегасе? А? Верхом я немножко умею, в седле… А на пегасах, интересно, как летают? Седлают или нет? Или прям так, обхватив руками шею… свечкой в небо… Ох, я бы хотела попробовать. Я в своей жизни только на самолете летала, и то в последний раз… неудачно.

Кот молчал и делал вид, что вообще меня не слышит. Один раз повернулся, только я думала в мою сторону, но нет, проследил заинтересованным взглядом, испуганно взлетевшую из травы пичугу.

— Толь, ну, перестань меня игнорировать.

Кот остановился, сел и принялся умываться. Через несколько секунд посмотрел на меня и лениво спросил:

— С кем ты постоянно болтаешь?

— С тобой!

— Я не Толик, не Толь, и даже не Анатолий! Мне кажется, у взрослой женщины должно быть достаточно объема памяти, чтобы запомнить такую простую вещь. Или я ошибаюсь?

Я набрала в грудь воздуха, чтобы возмутиться, но потом поняла, что это бесполезно, что более упрямого кота-попаданца нет, наверное, на всем белом свете. Вернее, никакого второго нет, я уверена. Но с таким характером, даже другого сварщика вряд ли уж сыщешь, а еще и кота… Я с шумом выдохнула воздух и посмотрела в его оранжевые глаза, которые глядели на меня выжидающе и при этом совершенно невозмутимо. Ну просто воплощение спокойствия и непоколебимости духа.

— А-на-то-ли-кус… — проговорила я по слогам.

— Не так уж сложно, правда?

Клянусь, он ухмылялся. Хоть на кошачьей морде было трудно читать эмоции, но в этот раз я не ошибалась.

— Анатоликус, ты летать умеешь?

— Не умею, но могу мгновенно перемещаться в пространстве на небольшие расстояния.

— Тоже удобно, — признала я.

— Да, удобно, даже спорить не буду. А к полетам отношусь скептически. Хоть высоты и не боюсь, но мне все же лапами на твердой земле как-то уверенней.

— Может ты и прав. Скажи, а ты же с Идой хорошо общался и довольно близко?

— Ну конечно, фамильяр же все-таки.

— Не знаешь, что у нее могло такого произойти в последнее время… очень неприятного?

— Не знаю. Вроде все в порядке было. У меня же с ней, с тобой то есть, связь ментальная. Она, конечно, на расстоянии слабеет, а в момент твоего попадания я был в городе. Потом почувствовал, что происходит что-то страшное… и сразу в академию помчал. Жду в комнате, и тут ты заходишь. Сама не своя, не в себе то есть, смотришь на меня, и я вижу, что ты не она… Как-то путано объясняю, но надеюсь, ты понимаешь о чем я.

— Понимаю… А врагов у меня не было? Или, может, я каких вестей ждала? Вообще, что-то сильно эмоциональное в последнее время происходило?

Кот ненадолго задумался, потом выдал:

— Да, вроде нет… Ида была сильно влюблена в преподавателя магии огня. Дракона этого, будь он неладен…

— А что с ним не так?

— Все с ним так… Нормальный дракон, среднестатистический. Они все красавчики харизматичные, в кого ни плюнь…

— Так в чем тогда дело?

— А в том, что он на Иду никакого внимания не обращал. У него таких, как она, ну то есть ты, целая академия…

— Да я заметила, ходит как напыщенный индюк… Так говоришь, Ида страдала от неразделенной любви? Хм-м-м… Могло ли это довести ее до самоубийства?