Книга В паутине предательств, страница 28 – Адриана Максимова

Кордия вскрикнула и отшатнулась. Она оказалась не готова к такой правде. И такая правда ее не устраивала. Обычно, когда маг отвлекался, видение блекло и исчезало, но сейчас шар возможностей продолжал показывать ей будущее, которое пугало ее. Августин в Красном дворце в окружении касталийских генералов. Все, как хотел их отец – Аталаксия перешла под контроль касталийцев. Наконец видение дрогнуло и исчезло. Королева зажмурилась, стараясь осознать то, что показал нар возможностей. Если это происки чародеев, то чего они этим добиваются, давая такой вариант будущего? Лишить ее надежды, внушив, как все будет плохо? А если это правда, значит ли это, что смерть Лейфа приведет к падению Аталаксии?

От всех эти вопросов голова у Кордии пошла кругом. Во время сна у нее было ощущение полной реальности происходящего, впрочем, как и от видений. Значило ли это, что они обречены? Она не знала. Взяв карты Таро, королева вытащила три наугад. Виселица, король мечей, Башня. Ничем не лучше видения в шаре. Вздохнув, девушка отложила карты и, поднявшись, прошлась по комнате. Ей стало зябко: все-таки конструкция, которую соорудил Лейф, чтобы закрыть разбитое окно, пропускала холод и сырой воздух. Она набросила на плечи тяжелый плащ, подбитый мехом.

Раздался сильный грохот, а вслед за ним крик:

— Они атакуют! Враг на стенах!

Бальтазар смотрел на Грету, которая металась в бреду, и его сердце сжималось от страха. Он не хотел потерять ее, ему не пережить еще и этой потери. На миг он подумал, что это эгоистично с его стороны: ведь, по сути, он боится за себя, что снова останется один, но надолго эта мысль в голове не задержалась.

Отжав влажное полотенце, Бальтазар вытер им пылающее лицо Греты. Она что-то забормотала, стараясь увернуться от его прикосновений.

— Тебе нужно сбить жар, – сказал Бальтазар, убирая со щек девушки прилипшие медные пряди волос. Хлопнула дверь, и в комнату вошла Делора с кувшином. Взяв чашку, плеснула из него что-то из кувшина. Запах гнили был настолько мерзким, что у Бальтазара защекотало в носу и он чихнул.

— Что это за дерьмо? – спросил он, кивая на кувшин.

— Отвар от лихорадки, – сказала Делора, знаком прося его освободить ей место возле больной. – Не беспокойся, ребенку он не повредит.

— Кому? – не понял Бальтазар.

— Ой, кажется, я испортила тебе приятный сюрприз! – без малейшего раскаяния сказала Делора. – Притворись, что ничего не знаешь, ладно?

— Грета беременна? – наконец дошло до Бальтазара, и он бросил непонимающий взгляд на девушку.

— Такое случается, когда ты с кем-то спишь, – откликнулась Делора и, приподняв Грете голову, стала ее поить. Та закашлялась, и жидкость пролилась ей на грудь. Ведьма засуетилась, промокая платком коричневое пятно.

Бальтазар нервно провел рукой по волосам. Сказанное Делорой обескуражило его. Несмотря на то, что они с Гретой встречались и дело шло к свадьбе, близости у них еще не было, и в том, что ребенок, которого она ждет, не его, сомнений не было. Знала ли она об этом, когда пришла к нему? Хотела ли его обмануть? Скажи она ему правду, он бы принял ее все равно, ведь семья – это не только кровь, а теперь его раздирают сомнения.

Бывший разбойник так стиснул челюсть, что зубы скрипнули. Делора обернулась и вопросительно посмотрела на него.