Книга В паутине предательств, страница 107 – Адриана Максимова

Генерал Луупа бросил тревожный взгляд на дочь. Та стояла, опустив глаза, словно пол был самым интересным предметом в библиотеке.

— Вы знаете их имена? – спросил генерал Луупа.

— Конечно. У меня есть список, – сказал Лейф. Во рту пересохло, и захотелось кашлять. – Предатели должны умереть как можно скорее.

— Вы абсолютно уверены в вине этих людей, ваше величество? – спросила Нола.

— Мне показалось, или ты считаешь меня идиотом? – раздраженно проговорил Лейф, смерив Нолу холодным взглядом. Генерал Луупа подавил вздох, и это прозвучал как всхлип.

— Нет, разумеется, нет, – сбивчиво произнесла Нола, и Лейфу показалось, что она растеряла все свое обаяние, превратившись в испуганную птичку с взъерошенными перьями. – Простите меня, ваше величество.

— Вы хотите поручить мне с этим разобраться? – спросил генерал Луупа. Его лицо и шея багровели. Лейф заметил, с какой силой пульсирует венка у него на виске.

— Вердикт для предателя может быть только один – смерть, – глухо произнес Лейф, вытаскивая кинжал из ножен.

Бальтазар быстрыми шагами шел в сторону темницы. Поручение Дора вызвало у него двойственные чувства. С одной стороны, он понимал, что герцог прав: у них сейчас нет никакой возможности быть честными и благородными, но, с другой, он думал о Кордии и Оскаре – о тех, кого он сейчас считал самыми близкими людьми. И он шел убивать их брата. Да, Августин своими поступками вполне заслужил это, но Бальту было неприятно оказаться причастным к его смерти. Это словно ставило между ним и его друзьями невидимую стену. Даже если они никогда не узнают о том, что он убил Августина, это все равно скажется на их отношениях. Ведь он-то будет знать правду.

Бальтазар шел по темному двору, изредка вздрагивая от попадающих под сапог камешков. Когда к нему двинулась тень, мысленно озвучил самое страшное проклятие.

— Ты меня избегаешь? – прозвучал напряженный голос Греты.

Бальтазар порадовался, что не озвучил свои эмоции вслух.

— Нет, с чего ты решила? – взяв девушку за локоть и отведя ее в сторону, хмуро проговорил Бальтазар. Они вошли в небольшое хозяйственное помещение рядом с конюшней. Здесь тускло горел свет и пахло сеном.

— Ты ни разу не навестил меня за эти дни, хотя я плохо себя чувствовала, – с легким упреком проговорила Грета, глядя ему в глаза. Бальтазар на миг испытал чувство вины и тут же забыл об этом.

— Ты же видишь, что здесь творится, – сказал он, убирая кудряшку от лица Греты. – Я весь в делах.

— Спросить, как здоровье, много времени не занимает, – возразила Грета. В ее глазах промелькнуло что-то темное, словно кто-то заслонил ей радужку черной шторкой. Но это было столь мимолетно, что Бальтазар усомнился в увиденном. – Это из-за ребенка?

— Мне важно, чтобы ты доверяла мне, – сказал Бальтазар. – Я должен знать, чего мне ждать, и заранее понимать, как реагировать.

Грета тихо вздохнула и опустила глаза. Он понял, что на ее доверие рассчитывать не стоит. Сердце кольнула досада, и Бальтазар отвернулся.

— Мне надо идти, – сухо сказал он. Сделал шаг, но Грета удержала его за локоть. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

— Бальтазар… – мягко проговорила она, притягивая его к себе.

— Если мы не будем доверять друг другу, то как мы сможем быть вместе? – сказал Бальтазар, глядя на девушку. Грета встала на цыпочки и быстро поцеловала его в губы, но тут же отстранилась и спрятала руки за спину. Между ними снова повисла тяжелая пауза, и ему нестерпимо захотелось уйти.