Книга Шоу "Невеста для вампира", страница 65 – Адриана Максимова

— Честность — это же манипуляция, — подал голос Аларик.

— Честность — зло! — вынес свой вердикт Люциан. — Был честным — жди нож в спину, потому что отныне ты уязвим.

— То есть, вам тоже можно врать, и вы нормально это воспримите? — спросил Леон.

— По мелочи не считается, — махнул рукой Марк.

— Об измене я бы предпочел никогда не знать, — поспешно сказал Рамон.

— Даже за честностью может стоять неправда, — поделился мыслями Люциан. — Думаешь, так и есть, а потом пройдет время, и понимаешь, что это было придумано.

— Ложь — это часть дипломатии, она необходима в отношениях, — подал голос Аларик. — Вы же не говорите своей жене, что утром она выглядит кошмарно? Что ребенок, которого вы любите не оправдывает ваши отношения? Или что лучший друг — нищий по сравнению с вами? Можно ли это причислить ко лжи? Нужна ли вообще кому-то такая честность?

— Если хочешь сделать человеку больно — будь с ним честен, — сказал Люциан.

— Илай? — не дождавшись высказывания вампа, обратился к нему Леон.

— Я согласен с позицией Аларика, — помолчав, признался Илай.

— Моя старшая сестра по утрам выглядела просто кошмарно, но днем она была потрясающе красивой девушкой. И если бы кто-то сказал ей такую правду, он бы всю жизнь потом работал на стоматолога, — весело сказал Марк.

— Мне кажется, вы слишком узко на это смотрите, — заметила Клеона. — и делаете акцент не на тех вопросах.

— Николь Мария, ты согласна с тем, что Илай никогда не будет до конца честен с тобой? — слова Леона прозвучали резко, словно он намеренно хотел задеть меня. А может, так оно и было.

— Есть ситуации, когда кто-то врет намеренно, есть когда недоговаривает правду, или опускает подробности, умалчивает, лжет во спасение, не считает нужным делать акцент на этом моменте. О какой честности мы говорим? Очень классно, когда человек честен с тобой и ты ему тоже такое обещаешь, но как это может выглядеть в масштабе? Сможем ли мы с нашим травмированным эго и вечно задетым самолюбием, жить в тотальной честности и не захотеть свести счеты с жизнью? — хрипло проговорила я. Сама не ожидала, что смогу сказать столько связных слов.

— Ты собираешься врать Илаю?

— Нет.

— А быть с ним честной?

— Нет.

— Как-то странно выходит, не находишь? — завелся Леон. Мне показалось, что он сейчас поделит ко мне и надает пощечин.

— Если Илай попросит рассказать о чем-либо честно — я сделаю это.

— Илай, пользуйся моментом, — повернувшись к вампу, сказал Леон. — Спроси ее о чем-то важном для себя.

— Честность по требованию! — фыркнул Люциан.

— Каким я тебе показался при нашей первой встрече? — спросил Илай.

— Надменным, красивым, отвратительным, — не задумываясь ответила я, вспомнив, как он столкнул с дороги машину Миллера. — Тем, с кем я бы никогда не хотела иметь дел.

— Сейчас ты так же считаешь?

— Такие моменты уже реже, — ответила я, чувствуя, что больше ни на что не хватит сил. Темная вода уносила меня.

— Меня все устраивает, — смеясь, сказал Илай.

И это было последнее, что я слышала.

Когда Альберто повел провожать Николь Марию в замок, Илай выдохнул с облегчением. Ему стоило огромных усилий сдерживать себя. Вид крои пробудил в нем хищника. Его ломало, каждая клетка его тела вопила, требуя глоток или хотя бы каплю крови, столь беспечно разлитой по полу. Рана на шее Рената казалась ему пропуском в рай и самым большим искушением на свете, которому было роковой ошибкой не поддаться. Он смог с этим справиться, хотя его до сих пор трясло и организм сейчас напоминал рой пчел — гудел и дрожал. Нужно было где-то раздобыть бутылочку хотя бы самого дешевого и поганого кровавого пойла, чтобы его отпустило, но времени на это не было. Илай спешил на встречу, которую сумел назначить по телефону Альберто и готов был читать мантру, чтобы ничего не сорвалось.