Книга Дочь его врага, страница 68 – Виктория Богачева

Седьмой импульс я проспала.

Проснулась сама, рывком, от острого чувства, что что-то не так. Сердце заколотилось ещё до того, как я открыла глаза, и первое, что я сделала, — посмотрела на пол.

Покрывало лежало смятым комом. Подушка, полотенце, таз с водой. Баночка с мазью.

Эшворта не было.

Я резко села на кровати, чувствуя, как меня захлестывает паника, по потом подняла взгляд и увидела его.

Он сидел в кресле напротив. Бледный до синевы, но живой. За его спиной в узком окне разгоралось холодное, серо-розовое утро.

Но живым. Определённо живым.

— Ты... — я хотела сказать что-то осмысленное, но горло перехватило, и вместо слов получился какой-то сиплый, жалкий звук.

— Хронометр, — подсказал Эшворт. — Он разрядился после шестого заряда. Старая модель, хватает максимум на три часа.

Я механически кивнула. Глупая какая-то беседа.

— Сколько я проспала? — спросила я.

— Часа два. Может, больше.

Я бросила взгляд на его левое предплечье. Рукав рубашки был закатан, и я видела метку. Она была по-прежнему темной и воспаленной, но словно уменьшилась наполовину с минуты, как я вошла в спальню ректора. И по коже больше не расползались те жуткие жгуты.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.

— Паршиво, — он криво, болезненно усмехнулся.

Он опустил затылок на спинку кресла и прикрыл глаза.

— Когда ты очнулся?

— Не знаю. Было ещё темно.

— Почему не разбудил меня сразу?

Я чувствовала странную досаду, потому что Эшворт видел меня в таком уязвимом положении. Видел меня спящую.

— Не такой уж я монстр, Беатриса, — он распахнул глаза и посмотрел на меня. — Чтобы будить измотанную девушку.

Я совсем не это имела в виду, но не стала оправдываться.

— Ты сняла амулет, — задумчиво произнес Эшворт.

Я механически коснулась шеи и лишь потом вспомнила, что амулет лежал в кармане.

— Он упал ночью, когда я тебя перетаскивала на покрывало. Дверь была заперта, так что я не стала надевать.

Ректор молча кивнул. Эшворт смотрел на меня так, как не смотрел ни разу за всё время, что я провела в академии. И, честное слово, прежние холодные, тяжелые взгляды меня вполне устраивали, потому что были привычными. И не вызывали желания оказаться где угодно, только не в этой спальне незадолго до рассвета.

— Тебе нужно поесть, — сказала я, потому что надо было сказать хоть что-то, пока его взгляд не довел меня до чего-нибудь непоправимого. — И выпить воды. Ты потерял много и сил.

Ухватившись за свою идею, я вскочила.

— И тебе нужен хороший магический целитель. Не из академии, конечно. Он и в прошлый раз слишком пристально смотрел на тебя. Наверняка увидел метку, но, надеюсь, не смог опознать, все же она отличается от описанных в учебниках, — я говорила быстро и часто, чтобы заполнить тишину и избавиться от неловкости, поселившейся где-то внутри.

— Беатриса... — перебил меня Эшворт, и я резко развернулась к нему, не взглянув, впрочем, ему в глаза.

— Что?

— Спасибо.

В купальню я от него просто сбежала. И вновь стояла и смотрела в зеркало, и вновь без амулета из отражения на меня глядела бледная, измученная Беатриса с отпечатком ладони на щеке.

Он взял кружку, и наши пальцы столкнулись. Я отдёрнула руку быстрее, чем нужно, и отступила к подоконнику.

Эшворт пил медленно, мелкими глотками. Я стояла у окна и смотрела во двор, где уже появились первые курсанты, и делала вид, что меня страшно интересует утреннее построение.