Книга Изменил, Сибиряк? Признавайся!, страница 42 – Елена Архипова

И Марьяна поверила этой женщине, её уверенному тону, её глазам, и ей стало чуточку легче дышать.

— Что ж, в любом случае, первый шаг вы уже сделали, – адвокат едва заметно улыбнулась, – а это уже очень много.

Когда Зайка вышла из здания, оказалось, что на улице всё потемнело от грозовых туч, затянувших горизонт.

Женщина с тоской посмотрела на небо, прошептав:

— И откуда что взялось-то?? С утра же солнышко было.

Дождь пока ещё моросил, но с каждой минутой капли становились всё тяжелее и чаще, гроза грохотала где-то вдалеке, но её раскаты слышались всё громче, чувствовалось, что вот-вот – и ливанет.

Марьяна с детства боялась грозу. Никто не погибал на её глазах от удара молнии, никто не закрывал саму Марьяну на крыше во время грозы, но она боялась и ничего не могла с собой поделать!

Это был иррациональный страх, с которым она справлялась на свой манер – идеально было в этот момент находиться у себя дома, задернув плотные шторы. И уж точно не выходить на улицу! Ни за что и никогда!

Ничего, она вот сейчас добежит до машины, а это уже почти как дома!

Стоя на крыльце, под козырьком, Марьяна подняла воротник пиджака, обругала себя мысленно за то, что поставила машину так далеко от входа, и собиралась уже припустить к машине, стоящей на самом углу здания, как вдруг увидела его.

Михаил стоял у собственного автомобиля, припаркованного сразу напротив входа. Засунув руки в карманы брюк и подняв ворот застегнутого пиджака, промокший до нитки, он смотрел на неё глазами побитой собаки.

— Марьяна… – выдохнул её имя охрипшим голосом и замолчал. Острый кадык на шее мужчины дернулся.

Она замерла. Сердце пропустило удар. Приехал…

— Ты как здесь? – спросила, глядя в его глаза.

— Тебя жду.

— Зачем? – вопрос был глупым, но он уже сорвался с её губ.

— Марьяш, я всё знаю. Прости меня, а? Я дурак. Ревнивый и самовлюбленный. Я должен был выслушать тебя… Дать тебе возможность… Я не должен был…

Мужчина говорил сбивчиво, обрывая сам себя. Выдернул правую руку из кармана, провел всей пятерней, откидывая мокрые волосы на затылок.

— Я прочитал вчера твоё сообщение, но не поверил. – Марьяна горько усмехнулась, но молчала, слушая этот сбивчивый поток мыслей. – А потом я нашёл информацию… О тебе и о Кривоносе…

При упоминании имени урода Марьяна упрямо сжала губы, её соболиные брови дрогнули, а на лицо словно бы упала тень, но женщина продолжала молчать.

Он подошёл к ней близко, на мгновение коснулся пальцами её запястья – лёгкое, почти невесомое касание, от которого по коже побежали мурашки,

— Прости меня. Если бы я знал это раньше… Если бы ты мне всё рассказала…

Он замолчал, словно бы выдохся, но взгляд от её лица не отводил.

Марьяна прикрыла на миг веки и сделала глубокий вдох, однако тот получился судорожным и рваным. Во этот момент раздался раскат грома, она вздрогнула и открыла глаза, в её взгляде было столько боли, что Михаил сжал кулаки сильнее, скрипнув зубами.

— Я не могла сказать, – наконец ответила хоть что-то. – Не могла! Понимаешь? Я боялась, что ты не сможешь смотреть на меня, как на ровню себе.

В этот момент громыхнуло так, что заложило уши, и она вновь вздрогнула и обхватила себя руками за плечи.

— Миша, я больше не хочу быть жертвой. Я устала. Устала! Я хочу быть сильной. Хочу быть счастливой, хочу родить ребенка, пусть бы и только для себя… Но я должна довести это дело до конца. Этот урод должен сесть и ответить за все исковерканные жизни таких, как я! Пусть он сядет не за меня, а за сестру той девочки, но я должна…