Книга Изменил, Сибиряк? Признавайся!, страница 30 – Елена Архипова

И она снова уставилась в окно. Девушка явно что-то скрывала. Понимать бы ещё что…

Михаил плавно затормозил на красный сигнал светофора.

— Наташ, спрашиваю в последний раз! Что случилось в туалете? Тебя обидели? Я должен понимать кто! Я всё равно узнаю, но давай не будем идти длинным путем. Рассказывай!

Наталья закусила губу, но продолжала упрямо молчать. Михаил уже решил, что она так и не расскажет, но, когда загорелся зелёный и они тронулись, он услышал её прерывистый вздох.

— С Мерлин, – выдохнула она. Голос её сел, стал хриплым и чужим. – Она… Она же твоя, простите, ваша бывшая, я так поняла, да?

— С ке-е-ем? – Михаил не смог сдержать удивления. – С Мерлин? А из-за чего?

Наталья поморщилась, будто от зубной боли, но начала говорить:

— Она несла какую-то пургу о вас и о ваших предпочтениях… ну вы понимаете… – Наталья покраснела и опустила взгляд на свои пальцы, которые безостановочно теребили ремешок сумочки, – в сексе.

Того, как сжались челюсти Михаила и как заходили волнами желваки на его скулах, девушка не видела.

— Она сказала, что я влезла не на свою территорию. Что она вас дрессировала и приручала, а тут я… Мол, я с тобой… с вами не справлюсь, потому что тебе… вам нужно много и разнообразно… Я даже опешила сначала, думала, что она не в себе или пьяная.

Михаил сжал руль крепче, кожаная обшивка руля опасно заскрипела. Картинка начинала складываться. Мерлин, значит… Ну мелкая гадина! Дрессировала, значит, она его. Приручала… Ладно…

— И что ты на это сделала? – спросил спокойно, держась из последних сил.

— Я? – Наталья выдохнула резко, как перед прыжком в воду, и вдруг выдала: – Ударила, как учил отец. В солнечное сплетение.

Очень вовремя они, однако, встали на очередном светофоре!

Михаил, думая, что ослышался или не так понял, повернулся к девочке-ромашке, которая сидела на соседнем сиденье и всё также теребила ремешок, боясь поднять на него глаза, и вдруг расхохотался.

— Жестко, но справедливо.

Наталья расслабилась, поняв, что ругать её не будут.

— Я просто разозлилась. Достала она! Несла всякую чушь про вас. Мне-то какое дело, как там у вас было! Да и вообще, всё, что происходит в спальне между двумя – там и остается. И никого это не касается.

Фролов удивленно присвистнул:

— Это откуда ж такие глубокие познания семейной психологии?

— Дядь Миш, я ж на психологию приехала поступать, так что готовлюсь, – напомнила. – А Марьяны там не было! Клянусь! Я вообще не знаю, кто она.

— Ладно, ладно. Верю.

— Она ваша девушка, да? – поняв, что старый друг их семьи не сердится на неё, Наталья тут же пошла в наступление.

Фролов удивленно поднял брови, но от дороги не отвлекся.

— С чего ты это взяла?

— Ну вы сразу о ней спросили. Почему убежала, и вообще… Михаил хотел возразить, но слова застряли в горле. Эта юная девочка почувствовала всё верно.

— Вы с ней совсем недавно, да? – забросила она ему новый вопрос.

Фролов тем временем въехал в родной двор, припарковался и даже заглушил мотор. Потом только собрался с духом, чтобы ответить.

— Наташ… – начал он, а потом оборвал сам себя и неожиданно признался: – Да. Сорвался рано утром и не сказал ей ничего. А потом уж закрутился.

— Ой-ёй! Это плохо! С нами, девочками, так нельзя! – вдруг выдало это будущее светило психологии и замолчало.