Книга Семь разгневанных богинь, страница 43 – Наталья Андреева

«Кий! – сообразил Снегин. – Палками, которые они тут называют бильярдными киями, проиграть гораздо проще. Надо просто выбрать дубину подубинестее. И прикинуться валенком».

— Не-а, – сказал он.

— А вот он со своим сегодня пришел, – майор кивнул на окно, где главный любитель бильярда слез наконец с подоконника и пошел принимать вожделенный стол в комнате отдыха. – Ты сегодня куда? Опять к олигархам?

— У меня спецзадание, – важно сказал Снегин.

— Молодец, подсуетился. А вот мы по такой адской жаре опять по району. Опрашиваем всех, не видел ли кто чужака в тот день, когда убили Петровского. Пытаемся установить пути возможного отхода киллера.

— Он не чужак.

— Как-как?

— И никуда не отходил. Ни в какие болота. Надо искать беженца с Украины, который приехал минимум два месяца назад.

— Почему два? – подмигнул коллегам майор. Онегин-то зажигает.

— Именно столько времени понадобилось, чтобы разработать операцию. Убийство олигарха. Киллер на конеферме работает.

— Это он тебе сказал?

— Это следует из фактов. Вы зря ищете черную кошку, которой нет, в темной комнате. Время только тратите. Я говорил с охранником. Вася в тот день видел лошадей. Все как всегда. Значит, киллер прогуливался верхом по берегу реки не в первый раз. Уже примелькался. На конеферму езжайте.

— А то мы не догадались. Мужики, по коням. Тебя подвезти? Мы все одно в те же края.

Снегин со вздохом посмотрел на часы и спросил:

— А во сколько встают олигархи? В десять к ним не рано?

— Дрыхнут еще небось. Чего им, на работу?

— В бильярд ведь тоже рановато. – Снегин с опаской посмотрел на окно, из которого недавно орал на грузчиков полковник. Ноги надо делать, пока они этот чертов стол на место не приладили.

— Ну, поехали с нами, на конеферму.

— Не, я хочу с тыла зайти. Не как опер, а как МЧ их. Реакцию посмотреть.

— Тогда на остановку топай, автобус жди. Пробки, говорят. Ремонт дороги. Не хочешь с мигалкой прокатиться, два часа как с куста. Аккурат к полудню к олигархам своим и доберешься. Ну что, с нами едешь?

— Нет.

— Дело хозяйское.

Стоя на автобусной остановке, Снегин об этом пожалел. Что с мигалкой не поехал. Как лето, так ремонт. Одна полоса перекрыта, да еще и мост чинят. Блямкнул мессенджер.

«Ты где там?» – писала Алла.

«Жду автобус», – отбил он.

«Это что такое?»

«Место, где человек люто ненавидит человека. Особенно в жару».

«Вызови такси».

«Мне проезд только в общественном транспорте оплачивают».

«Я за тобой приеду».

«Мост чинят. Автобус хотя бы по выделенке едет. И я его уже вижу. – Он подумал и отбил: Не скучай».

Алла долго молчала. Снегин уже запихивал в автобус прогулочную коляску, подгоняемый мамой ревущего карапуза, когда в телефоне блямкнуло.

— Куда ты прешься с маленьким ребенком в такую жарищу? – отчитывали незадачливую мамашу бабки, решившие посетить местную поликлинику, пока народу мало. Лето, жара.

— Куда надо, туда и еду! – отбивалась «яжемать».

Снегин втиснулся в душный салон и нашарил в кармане телефон. Когда Евгений наконец-то добрался до гаджета, двери автобуса в очередной раз распахнулись. И Снегина снесла новая партия старушек, у одной в руках был какой-то поникший, но солидных размеров куст, другая шарахнула окаменевшим рюкзаком, третья попыталась пристроить на поручне корзинку с клубникой. Снегину в спину больно уперлись ивовые прутья, из которых была сплетена корзина.