Книга Семь разгневанных богинь, страница 106 – Наталья Андреева

Юля видела, как ему больно. У него забирали жизнь, любимую жену. Эвелина Вячеславовна приняла сторону сына.

— Что вы будете делать? – спросила она.

— Не смирюсь уж точно. Я терпелив. У меня тоже длинная выдержка, – усмехнулся Андрей Валентинович. И бросил: – Будь на связи. Рано или поздно и ты созреешь.

— Я вполне довольна.

— А почему не замужем до сих пор? И детей нет.

Она невольно вспыхнула. Но ответила сдержанно:

— Сначала карьера, а потом дети.

— А вот я подозреваю, что ты решила родить от Лени.

Петровский-старший был необычайно проницателен. Любовь к одной женщине и верность ей сделали его зрячим по отношению ко всем остальным. Он уехал на Кипр, оставив свои контакты.

И Юля звонила ему, когда ей было плохо. Ее другом и в самом деле стал мужчина. Петровский. Только не Лео, а его отчим.

Сначала ее ожидал первый удар: она наконец решилась на тщательное обследование. Гинеколог не порадовал: в одной из маточных труб оказались спайки. А в яичнике с другой стороны огромная киста.

— Нужна операция, – услышала Юля.

Но это было горячее время. В Москве начался строительный бум. Юля все откладывала поход к врачу. Такая тягомотина! Надо сдавать анализы, проходить какое-то обследование. В итоге киста прорвалась и Юля загремела в больницу, где удалили яичник.

Потом был визит к медицинскому светилу, который разложил на столе кучу снимков. МРТ, УЗИ, рентген…

— Левый яичник работает, но в трубе спайки, – сказал профессор Юле. – Вы его берегите, этот яичник. Это ваша единственная надежда. Второго у вас теперь нет. Хотя маточная труба справа полностью проходима.

— Могу я иметь ребенка? – хрипло спросила Юля.

— Не теряйте надежды. Есть ЭКО. Вы здоровы и еще относительно молоды. Все получится.

Она сидела, обхватив голову руками и тупо глядя на снимки. Ей уже тридцать шесть. Одноклассники и однокурсники пишут в Инсту: «Наша гордость! Жизнь удалась, да?»

Но подтекст понятен: а где же муж и дети? А ну-ка, Каткова, предъяви нам. Ты же самая успешная. Удачливая. Умная. Красивая. Почему же до сих пор одна? Ей нужен был такой муж, чтобы все ахнули. И что касается ребенка, то Леня все поймет. Она подсадит в свою матку эмбрионы, оплодотворенные его спермой. И они обязательно приживутся, у Лени прекрасные гены. И фертильность на высоком уровне. И дети у него красивые.

Юля внимательно изучала его дочерей. Полина, конечно, недалекого ума, но зато красавица редкая. А что глупа, так это в мать. Юля родит Петровскому особого ребенка. Сына. Такого же, как он. И как она. Ее ребенок возьмет у них с Леней все лучшее. А лучшее надо выращивать. Почему не в пробирке? Так даже надежнее.

Она и попыталась. Тот вечер, в Симферополе. Юля подумала, что пора им с Леней сблизиться. И ведь почти получилось! Они танцевали, она чувствовала на своих плечах его руки. И вспоминала их поцелуи. Ему тоже пора бы их вспомнить.

А потом был разговор, который разбил все ее надежды.

— Только в пробирке, – сказал Петровский.

Юля невольно вздрогнула: неужели знает? О том, что естественным путем она не может забеременеть. Но добила ее фраза:

— Сына мне и жена родит.

Окончательно все обрушилось, когда появилась Ксю. А потом Лёнина жена и в самом деле забеременела. Юля поняла, что мадам Петровской ей не быть уже никогда. Есть еще одна кандидатка, помоложе, да и Настя не собирается так просто сдаваться.