Книга Шампанское было лишним, страница 69 – Наталья Андреева

И Кристина все устроила. Фамилию оставила прежнюю, а на Володю повесила ипотеку и кредиты. Он был настолько счастлив, что бумаги подписывал безоговорочно – даже не глядя, что именно подписывает. Кристина довольно быстро забеременела, и вскоре у супружеской пары Воробышков-Хорьковых родился сын Илья. Илья Владимирович Хорьков.

Все это я узнала от самого Володи. Он, кстати, бывшую никогда не ругал. Говорил, для сына Кристина делает все, а что характерами не сошлись – так это сплошь и рядом.

После развода жизнь Володи и Кристины сложилась по-разному. Причем неравномерно по-разному. Она получила желаемый статус, ребенка, квартиру и свободу, а он долги и унылое одиночество. И раньше-то охотниц не находилось связать свою жизнь с откровенным неудачником, да еще по фамилии Воробышек. Теперь же его шансы и вовсе устремились к нулю.

Володя вернулся к родителям в двушку, устроился в местный автосервис и стал подрабатывать таксистом. Почти все деньги шли жене и сыну. Володя погашал ипотечный кредит и прочие долги бывшей супруги. Платил алименты. Кристина жила в свое удовольствие и постоянно требовала еще денег.

Вот в такой момент мы с Воробышком и познакомились. Есть такое понятие: человек-бутерброд. Который всем вокруг должен и живет не своей жизнью, а чужой. Кусок мяса между двумя кусками хлеба. Спрессованный семейными обстоятельствами так, что дальше некуда. Безнадежно плоский в своих примитивных желаниях. Пожрать и выспаться.

С одной стороны его дети подпирают, которых надо поднять, а с другой – пожилые родители, которым надо помогать. Так и мечешься между ними, и всем денег надо. Надо, надо, надо… Постоянно надо.

Мы с Володей были два таких бутерброда. У меня дочка, у него сын. Все ради кровиночки. Появилась денежка лишняя – все туда. Для себя жить некогда. И думать о себе тоже. Я что? Расходный материал. «Ам!» – и нет меня. А вот дети наше будущее. Родителям, опять же, надо долги отдавать. Они родили-воспитали. И теперь вправе рассчитывать на ответную заботу.

У Володи еще и сестра имелась. Незамужняя. Старшая. Тоже претензии: почему все тебе? А я где?

Что бывшая жена не успевала забрать, Володя отдавал родителям, да и сестре старался выкроить хоть чуток. В санаторий там поехать или на юг. А вдруг? Встретит кого-нибудь, хоть бы и вдовца. Главное, не терять надежды.

Но достало все это и меня, и его. Ох, как достало! Потому мы друг к другу и потянулись с самой первой встречи.

Хотя отношения у нас с Володей завязались далеко не сразу. Я ведь истинная чайка, своенравная и энергичная, а он – флегматичный воробышек. И инициативу, как вы сами понимаете, гражданин следователь, проявила я.

Ну какая баба душой не хочет отогреться? Особенно на моей работе. Когда сплошное мурло вокруг пьяное. Да еще и «грядки» эти. Паша-Тяж – маньяк самый настоящий. Володя казался полной его противоположностью, вот меня к нему и качнуло.

Знала бы я, чем все закончится!

Снегин успел добраться до Петровки под конец рабочего дня.

— Нашел! – воскликнул он с порога.

— Что нашел? – обернулся к нему один из оперов, окидывая капитана скучающим взглядом.

Народ уже собирался расходиться по домам. Чернобровый подполковник стоял в наброшенной на плечи куртке и отдавал подчиненным последние распоряжения.