Книга Восемь мстительных богов, страница 70 – Наталья Андреева

Это было как сигарета в перерыве между деловыми встречами. Курить Зуев бросил легко, а вот привычка к быстрому сексу без обязательств осталась. Забыться на время, получить острое, ни с чем ни сравнимое удовольствие и снова кинуться в омут интриг.

Одни богатели, другие прогорали, сегодня ты царь горы, а завтра тебя спихнули и поделили твои активы. Определенно было не до баб.

Иначе он заставил бы Ленку сделать аборт. Как потом заставлял Зою. Егору не нужен был этот ребенок. И непонятно, зачем он нужен незамужней училке. На что она рассчитывает, интересно?

Сына Егор заметил только лет через пять. Умерла мать, и Зуев очнулся. Разрулилось. Только не так, как он планировал. Онкологию у матери Егор не рассматривал в принципе. От него скрывали до последнего. Так что вмешаться Егор не успел: найти медицинских светил, профессоров каких-нибудь, возможно, отправить мать лечиться за границу.

Он теперь все мог. Ну, почти. Потому что смерть Егор планировать так и не научился.

Гроб стоял у подъезда, и все, кто знал жену прораба Зуева, приходили с ней проститься. А таких оказалось немало. Отца Егора все еще помнили, хотя после его трагической гибели на стройке прошло уже лет десять. Но это же Зуев! Такими делами мужик ворочал!

Бывшую классную руководительницу Егор заметил в толпе не сразу. И удивился: Лена держала за руку ребенка. Мальчика. Темноволосый, застенчивый, даже робкий. Похожий на мать. Так что Егор не сразу понял, что это его сын.

— Удивлен? – зло сказала Зоя, поймав его взгляд.

Она сегодня была другая. Егор все не мог подобрать нужное слово. Но что-то в жене изменилось. И эта злость… Раньше Зоя была послушной и мужа уважала. Не спорила с ним, не проявляла характер. Оказалось вдруг, что он у Зои есть.

— У Лены есть сын?!

— Ты хоть что-нибудь вокруг замечаешь? – горько спросила жена. – Сын! Твой сын.

Он прикинул: да, все сходится. Считать Егор умел молниеносно. Хотя если лет шесть назад после вечера встречи он провел ночь у своей классухи, не факт, что Ленка забеременела именно от него. Разве спросить?

И он пошел в ту самую квартиру, где чистенькая бедность интеллигентно была прикрыта стеллажами с книгами. В богатых переплетах с золотым тиснением. А еще висели на стенах картины. Отец Лен Сергевны был не слишком известным художником, и большинство его шедевров получили в наследство ближайшие родственники.

— Как зовут? – кивнул Зуев на мальчишку, который при виде незнакомого дяди мгновенно спрятался за мать.

— Марат.

— Что за имя такое? – поморщился Зуев. – Нормально назвать не могла?

— Тебя забыла спросить!

И эта огрызается! Хотя у Ленки-то повод для обиды есть. Имеет право, если это и в самом деле ребенок Егора.

— Ты зачем пришел? – спросила Лена, видя, что он внимательно рассматривает мальчика.

— Ты зачем родила, а?

— Хочешь сказать, что разрешения на это не давал? Так и я тебя сюда тогда не звала. Сам пришел. Сам остался до утра. Спасибо тебе за это, – серьезно сказала Лена. – Вот оно, мое счастье. – Она погладила Марата по темноволосой голове. И торопливо добавила: – Нам от тебя ничего не надо.

— Не надо?! – Он зло прошелся по комнате.

Мебель советских еще времен, ковер на стене – небось по карточке брали, стенка тоже в тех многолетних очередях выстрадана. Ни единой стоящей, на взгляд Егора, вещи. Разве что книги. Но он в них ничего не понимал и не счел достойным имуществом.