Книга Княгиня Серебряная, страница 114 – Наталья Андреева

— Ну а стрелял он в вас почему?

— У него и спросите, – не выдержал Рокотов. – У человека была злокачественная опухоль головного мозга, неужели не понятно? Может, Шумов решил, что я его смертельно обидел. Крыша поехала.

— И вы пошли к нему выяснять отношения. Понятно, – кивнул следователь. На этот раз молодой, борзый. – А почему пытались свалить факт покушения на вас на Александра Бессонова?

— Это ведь его машина. Я не видел, кто из нее стрелял.

— Вы в этом уверены?

По глазам следователя Рокотов видел: не верит. И в самом деле, логики во всем этом было мало. Но не говорить же правду?

— У него кот был, – сказал Олег, когда его наконец-то соизволили отпустить. – Могу я его себе забрать?

— Кота? А зачем он вам? – подозрительно спросил следователь.

— Его небось в приют отправили для домашних животных или вообще на улицу выкинули. У Шумова вся родня в Канаде. А мне кот понравился.

— Что ж, забирайте. Кот не улика, к делу не пришьешь. Я выясню, где он находится. И, Олег Андреевич, мы с вами еще не закончили.

Пришлось припрячь Жорку. Тот напирал на результаты экспертизы: Шумов застрелился. Отпечатков Олега Рокотова на оружии не обнаружено. Выстрел сделан в упор, баллистики единодушны: самоубийство.

В общем, в итоге после длительных мытарств и Жоркиного адвокатского искусства оба эпизода отправились в архив, а не в суд. Одно дело за отсутствием состава преступления так и не было возбуждено, факт самоубийства, несмотря на то что предсмертной записки не было, доказан. Вскрытие подтвердило, что у Шумова была неоперабельная злокачественная опухоль. Мотив налицо.

А уголовное дело закрыли за смертью виновного. И Рокотов выдохнул. Отныне он мог жить спокойно.

Еще одну статью о Ладе Воронцовой Олег все-таки написал. То есть не совсем о ней, а о жизни таких же, как она, ярких звезд после их ухода из большого спорта. О том, как по-разному складываются их судьбы.

Рокотов взял интервью у доброго десятка бывших спортсменов, тех, кто был связан с фигурным катанием и другими зимними видами спорта. Лыжники, бобслеисты, конькобежцы… Он ясно слышал в голосе интервьюируемых не только боль и обиду, но и страх. Даже у тех, кто востребован. То, что случилось с Ладой, может случиться с каждым.

У нас слишком уж большая страна, и имена медийных персонажей недолго держатся в топе, особенно если в их жизни нет знаменательных событий. Читай: скандалов. Надо постоянно подогревать интерес к себе.

А у спортсменов с этим сложно. Не ставишь больше рекордов, кому ты нужен? Ищи другое поле деятельности. Хорошо, когда удается найти себя в тренерской работе или стать спортивным комментатором. Еще лучше – чиновником от спорта или народным избранником. Но это под силу лишь олимпийским чемпионам, а сколько тех, кто так и не добрался до вершины пьедестала? Или просто чемпионов мира. Как звучит! Просто чемпион мира. Лишь золото Олимпиады – пропуск в элиту элит.

Та же Лада Воронцова, Княгиня Серебряная, – только вторая. А сколько их таких? Вторых, третьих…

У Лидии Богдановой Олег тоже взял интервью. Тут уже предметно: о ее сопернице за лидерство в сборной. Но Богданова зла на Ладу не держала. Напротив, жалела и при ее жизни пыталась помогать, особенно в последние годы.

— Я ведь видела ее на трибуне незадолго до смерти, – призналась Лидия Семеновна. – До сих пор себя корю за то, что не подошла. Но Ладка тоже меня увидела и тут же исчезла. Стыдно стало. Она ведь в запое до этого была. Мне следовало к ней поехать. Поддержать, уговорить. Мол, я же вижу, что ты без фигурного катания не можешь. Все думала: успею. Не успела, – Богданова тяжело вздохнула.