Книга Пин-код на приворот, страница 80 – Наталья Андреева

… - Хорош, - не удержалась подруга. — Со всех сторон хорош: и рост, и стать, и лицо. Он тебе для чего? Только для постели или…

— У мужчины непростая судьба. И я его опекаю.

Я за спиной показала Савушке кулак. Дома я тебе устрою! Ты всхрапнул, когда другие чуть не плакали, невежа! Не проняла тебя опера! Неандерталец!

Модест между прочим заметил это и улыбнулся. Как бы между делом спросил:

— Чем занимается твой бой-френд?

— Бои без правил. ММА.

— Драка за деньги? — оторопел ювелир. — Ты сейчас шутишь?

— Но планирует стать совладельцем спортивного клуба.

— Все мы с чего-то начинали, - задумчиво сказал Модест.

Слава Богу, за столом в дорогом ресторане, где мы отмечали премьеру, Сава выглядел прилично. Повторял за мной, если ставили в тупик. Поданное блюдо или официант, у которого мой Пастухов раньше пытался выхватить из рук бутылку. Мол, это моя женщина, и я сам ее везде обслужу.

Еле втолковала, что официанты делают свою работу в расчете на щедрые чаевые. А спутнику обеспеченной дамы надо сделать приятным ее пребывание в ресторане иным путем. Просто соответствовать.

Сегодня Савушка сидел чинно, в новом дорогом костюме. Еле уговорила купить. Сказала, что в долг. С непременным возвратом.

На нас все смотрели. Еще бы! За столиком на четверых сидели прима, только что сорвавшая овации на премьере, безупречный Модест, лучший консультант во всей Москве в том, что касается ювелирных украшений, и прекрасный незнакомец с фигурой атлета.

Небось, гадают: кто он?

— Рожа холеная, сразу видно — альфонс, - услышала я, сидя в дамской комнате, в кабинке, и грея попой унитаз. Обсуждали Саву.

— Любовник Зои или той, второй?

— Это Шикова, известный пластический хирург, между прочим. Но к ней уже не попасть. Я звонила в клинику — записи нет.

— Не она ли его таким сделала? Уж очень лицо красивое у мужика.

— Для себя старалась. Я не верю, что Зоя изменяет такомумужу.

Я дождалась, пока уйдут сплетницы. Надеюсь, Савушка в мое отсутствие не наделал глупостей.

Он беседовал с Модестом. Который изо всех сил старался не смеяться. Речь зашла о сегодняшней опере. Половину которой Савушка благополучно проспал.

— И все-таки? В сравнении с Мариинкой. Какая постановка тебе больше импонирует?

Сразу два незнакомых слова! Импонирует и Мариинка! Пастухов заметался.

— Он предпочитает балет, - выручила я, садясь рядом с Савушкой.

— Во-во! Там девки… То есть девушки красивые.

— А я некрасивая? — лукаво улыбнулась Зоя.

— Вы разве девушка? Богиня! — Сава взял ее руку и поцеловал.

Я оторопела. Как он догадался харизму включить? Зоя ему тут же все простила, попеняв Модесту:

— Не порти мужчине аппетит. Он еще не наелся, а ты с оперой! Саве надо много еды, он спортсмен. Не на диете уж точно.

Теперь смутился Модест, которого и в самом деле посадили на интервальное голодание. Потому как наметился животик. Ювелир одернул дорогой пиджак со словами:

— Молодость есть молодость.

— Я много тренируюсь, - и Пастухов отмахнул кусок филе-миньон, не забыв подхватить на вилку и грибочки. Со вкусом съел. Погладил меня по руке: - Машину я поведу. Ты пей. Завтра же не на работу.

Сам он не пил, так что я забеспокоилась. Не пущу его на ринг! Никогда и ни за что!

— Он прелесть, - шепнула мне Зоя, садясь в такси. — Немного скован, но интуиция ему подсказывает, как надо себя вести. Все придет.