Книга Невольница, страница 65 – Наталья Шагаева

— А теперь потанцуй со мной, — просит она. Нет, так дерзко требует.

— Здесь? — мой голос заглушает раскат грома.

Она кивает и подходит ко мне.

— Да, я так хочу, давай танцевать под шум дождя, — опускает руки мне на плечи. Впервые сама добровольно касается меня.

Да к черту всё!

Подхватываю ее за талию, начиная двигаться. Дождь, который укутывает нас, стирает все границы между моими отрицанием, злостью и влечением. Ее тело прижимается ко мне, дыхание учащается. А по моему телу прокатывается волна возбуждения.

Зарываюсь пятерней в мокрые волосы девочки, запрокидывая ее голову и вынуждая смотреть мне в глаза.

— Я тебя ненавижу! — шипит в лицо. Но льнет ко мне, двигаясь, потираясь о мое тело.

— Я знаю, детка, — выдыхаю ей в губы, но не целую, а кусаю под ее всхлип. Скользя пальцами по мокрой коже на ее спине, прижимаю к себе теснее. Тяну девочку назад в пустой гараж. Открываю заднюю дверь внедорожника, помогаю ей сесть на кожаное сиденье. Скидываю с себя мокрый пиджак, забираюсь к ней в салон, захлопываю дверцу и сажаю Таю на себя сверху. И мне дико нравится то, что она не сопротивляется. Потому что снова принуждать я не хочу. Хочется, чтобы отдалась сама. И она отдается.

Гордей

Мы оба мокрые насквозь. Но воздух в машине настолько раскалён, что становится невыносимо жарко. Вся решительность Таисии сходит на нет, как только она оказывается на мне верхом, лицом к лицу, ощущая промежностью мой налитый каменный член через ткань мокрых брюк. Тая замирает, медленно, возбуждённо моргая, рассматривая моё лицо, как будто видит впервые.

А я зажмуриваюсь на секунду, потому что Вера любила вот так сидеть на мне и рассматривать, словно выискивала что-то новое.

Не надо, детка, не делай так. Не пробивай меня насквозь. Это больно.

Девочка всхлипывает, оттого что я хватаю её за ворот платья и разрываю, обнажая красивую упругую грудь с налитыми острыми сосками.

Её руки впиваются в моё запястье, когда я сжимаю её нежную шею.

— Тихо, не паникуй, — тоже рассматриваю её лицо со слегка потёкшей тушью. — Дыши со мной, — втягиваю воздух. — Я не перекрываю тебе кислород, — хриплю. — Расстегни мою рубашку, — велю ей.

И её пальчики медленно расстёгивают пуговицы на моей рубашке. Слишком медленно.

— Не стесняйся, детка, — усмехаюсь. — Рви.

Я мог бы растерзать её сейчас, трахнуть на страсти и животных инстинктах. Быстро и жёстко. Но, во-первых, ей сейчас этого не надо. Тая и так растерзана. А во-вторых, мне нравится сдерживаться, плавясь на грани возбуждения. Иногда прелюдия слаще самого секса.

Тая отрывает последние пуговицы на моей рубашке. Скольжу большим пальцем по её пульсирующей венке на шее и трогаю глазами её вздымающуюся грудь. Притягиваю к себе эту шею и заменяю пальцы на губы, жадно всасывая кожу, ощущая на ней вкус дождя. Девочка со стоном выгибается, прислоняясь своей грудью к моей.

Мои руки сжимают её бёдра, задирая мокрое платье вверх, разрывая его по разрезу. Таисия подрагивает от каждого моего рывка и шумно выдыхает. Какая чувствительная и восприимчивая девочка. Кайф.

Отодвигаю промокшую полоску трусиков в сторону, поглаживая горячие нижние губы, одновременно всасывая её соски. Тая запрокидывает голову, обнажая пульсирующую вену. И я впиваюсь в неё зубами, одновременно входя в девочку двумя пальцами.