Книга Роден, страница 56 – Наталья Шагаева

— Ты ещё и готовишь, - вожу губами по его коже, обрисовываю пальцами рисунки, и улыбаюсь, когда по его коже проходят мурашки. – В тебе есть недостатки?

— Доброе утро, - отзывается он и выключает плиту. – Есть, и их очень много, – заглядываю в сковороду и вижу там омлет с помидорами, болгарским перцем, зеленью и сыром.

— Пахнет великолепно. Я очень голодная.

— Я тоже, очень голодный, – хитро произносит он, разворачивается, целует меня, забираясь под футболку и сжимает мою попу.

— А где мое платье?

— В стиральной машинке.

— Ты еще и стираешь, - усмехаюсь я.

— Стирает стиральная машина, а я…, - он даже когда злится красивый. И глаза у него нереально пронзительные, притягательные. Кажется, я окончательно свихнулась, я зависаю на этом парне, словно наивная девочка.

— Α ты очень заботливый и внимательный, - заканчиваю за него и тянусь к губам.

— Нет, Марго, – качает головой, не позволяя себя пoцеловать. - Садись за стол, – в голосе проскальзывают стальные нотки. - Ешь и рассказывай, как вышло так, что ты замужем за этим ублюдком и не можешь развестись. Я хочу знать все, и больше ты не съедешь с разговора, – а Роман не всегда милый мальчик, когда надо, он включает мужика, дико ревнует, злится,требует и мне это тоже нравится.

Маргарита

— Ты его любишь? Только честно, не отвечай сразу, задумайся на минуту, отбрось измены и шантаж, представь, что ничего не было, – серьезно, смотря мне в глаза, произносит Роман, размешивая в остывшем кофе сахар, который давно растворился. Он хотел правды и откровений, и я все рассказала. Как думала , что любила мужа, как хотела детей и бегала по больницам, про измену, шантаж и отца, который обещал все исправить.

— Нет, - односложно отвечаю, смотря, как Ромка нервничает, сжимая челюсть. - Я встретила тебя и все мое мировоззрение перевернулось . – Я не люблю его, - тихо, но убедительно говорю я, подаваясь к нему. – Я ошибалась, – останавливаю его руку, мешающую кофе. - Вчера я сбежала от отца, к тебе. Не думала , что буду делать это в тридцать один год, - усмехаюсь, демонстративно закидывая себе в рот спелую черешню. - Кстати, мне нужно ему позвонить. В моем платье был телефон , если он еще работает, - вновь смеюсь, вспоминая, как Роден швырнул его на пол. Он поднимается с места и выходит из кухни, до сих пор находясь в своих мыслях. Съедаю ещё одну ягоду, наслаждаясь вкусом,и улыбаюсь сама себе. Ну что во мне нашел этот парень? Ревнует, злится, переживает за меня, заботится. Ему бы девочку хорошую, а не меня с кучей проблем и багажом за спиной. Роман быстро возвращается и приносит мне телефон, опуская аппарат передо мной на стол.

Включаю телефон. Набираю отцу сообщение – всего пару строк о том, что со мной все хорошо и я в надежных руках. «Люблю тебя, пуся» этой фразой я даю понять отцу, что меня никто не держит и не шантажирует. Мой папа – ФСБешник и давно научил меня таким кодовым словам. Паролям, которые знала только я и мама. Так он понимает, что пишу именно я и со мной действительно все хорошо. Выключаю телефон и вынимаю батарею, чтобы сюда не явилась вся служба безопасности. Роман распахивает окно, прикуривает сигарету и задумчиво смотрит на двор. Знала, что ему не нужно ничего говoрить. Да, я женщина с прошлым. Знать бы, что именно творится у него в голове.