Книга Под защитой бандита, страница 72 – Наталья Шагаева

— Рассказывай, как убил их родителей.

— Зачем?

— Рассказывай! — рявкает Баро и взводит курок.

— Я организовал аварию путём технической неисправности и подставного грузовика, — так чётко проговаривает, бегая глазами. Он сейчас похож на загнанную в угол крысу, которую хочется добить.

— Дальше!

— Все! — тоже огрызается.

Выстрел.

Вздрагиваю, зажмуриваясь.

Баро стреляет в пол рядом с ногой дяди Вани.

— Я… Я… Он… Не… — трясущимися губами пытается выговорить слова.

— Что, падаль, убивать легче, чем признаваться? Да? — ухмыляется Баро. Во мне что-то резко и кардинально меняется, внутренности горят. Ярость нарастает.

— Они не погибли мгновенно. Юрий был в сознании.

Всхлипываю настолько громко, что все оборачиваются. Мне уже все понятно. Я ничего не хочу слышать. Машина взорвалась. И это тоже подстроили. Мои родители сгорели заживо. Я не знаю, откуда во мне берутся силы, действую на адском адреналине. Вскакиваю с места, опрокидывая стул, несусь к убийце и вцепляюсь ему ногтями в лицо, расцарапывая. Я как животное, действую на инстинктах. Колочу кулаками ему в грудь, бью со всей силы и кричу:

— Ты их убил! Убил! Убил! — срывая горло, ничего не видя, кроме ошарашенного лица бывшего опекуна. Меня резко хватают в охапку, отрывая от убийцы. Сопротивляюсь, пытаясь вырваться, слезы из глаз градом, задыхаюсь, заходясь в истерике. Баро сильнее, он разворачивает меня к себе лицом и прижимает со всей силы, фиксируя, преодолевая мое сопротивление.

— Тихо, тихо, моя красивая девочка.

Сдаюсь, полностью теряя силы, утыкаясь носом в его шею. Дышу терпким ароматом его кожи и тихо рыдаю, словно опустошаясь, выплёскивая ярость и ненависть в слёзы. Пытаюсь успокоиться и взять себя в руки, но, как только Баро очень нежно и аккуратно начинает гладить меня по волосам, поток слез увеличивается. Сейчас этот мужчина кажется мне единственной точкой опоры. Мои ориентиры сбиты. Не понимаю, как жить в жестоком мире.

— Все, это моя вина, — шепчет мне на ухо, крепко прижимая к себе. — Не знал, что ты у меня такая ранимая.

— Нет, — поднимаю голову, заглядывая в его черные глаза. — Я должна была это знать.

— Должна, — кивает мне и утирает слезы с моих щек. Оглядываюсь и понимаю, что убийцу увели, а я даже не заметила. Остался только Денис. Он сидит за столом, закрывая лицо руками.

Вырываюсь из теплых и надёжных объятий Баро и сажусь рядом с Денисом, обнимая его. Брат несколько секунд не реагирует. Напряжённый, как каменная стена, а я дрожу, не в силах взять себя в руки. Денис отмирает и тоже обнимает. Слышу шаги Баро, он покидает кабинет. А мы так и сидим, обнявшись и не сказав ни слова. Денис поглаживает меня по спине, и я снова плачу, уже заливая слезами его грудью.

— Все, Ася, мы переживём и это, — твёрдо произносил брат. И я ему верю. Успокаиваюсь, чувствуя себя полностью опустошенной. Ложусь головой на плечо брата и смотрю в окно. — Все закончилось. Баро все решил, нам не грозит опасность.

Киваю. Опасность все равно есть. Я влюбилась в Барона, и это понимание топит меня еще глубже. Нет, не эйфория и радость. Это давящее и ломающее чувство. Нельзя принимать мужчину таким, какой он есть, из благодарности. Такому, как Барон, нужно безоговорочно сдаваться.

Дверь открывается, входит Баро, а за ним секретарша с подносом. Глаза испуганные, девушка смотрит на меня с какой-то надеждой, но мне все равно, я пустая сейчас и не способна на эмпатию. Алла ставит поднос с чаем на стол и быстро удаляется. Баро приоткрывает окно, впуская свежий воздух. Прикуривает сигарету, выпуская дым окно.