Книга Помешанный на тебе, страница 38 – Наталья Шагаева

— А кому еще?

— Спасибо, — ныряет носом в букет, вдыхая аромат цветов. А мне так много хочется сделать с ней сейчас. Но… Втягиваю воздух, пытаясь дышать ровно. — Но не надо было, — снова поднимает на меня глаза.

— Надо. Я хотел… — замолкаю, потому что на столе снова звонит ее телефон. И снова на экране «Муж». — Надо ответить, — подсказываю ей. — Чтобы он понял, что ты не вернёшься. Давай я это сделаю, — тяну руку к ее телефону, но она накрывает его ладонью. А мне так хочется пообщаться с этим мудаком. Чтобы знал, что она моя.

— Нет, я ему уже всё сказала.

— Что сказала?

— Сказала, что ушла и подаю на развод.

— И? Он явно не понял. Так давай я донесу до него, — выходит немного агрессивно. По факту я забираю у этого мудилы жену. Но мне ни хрена не стыдно.

— Нет, Артур. Он всё понял, но не принял. Хочет знать, где я и с кем. Пусть перепсихует и остынет. И тогда мы снова поговорим. Тарас сейчас не способен на спокойный диалог, — как-то сдавленно сообщает она мне.

— Оскорблял тебя?

Молчит.

— Ясно. Тогда давай на сегодня обойдемся без присутствия Тараса и отключим твой телефон.

Аделина молча кивает и отключает телефон. Какая умничка.

— А есть ваза? — снова водит носом по цветам.

— Чего нет, того нет, — развожу руками. — Но обещаю, будет завтра. Две, — усмехаюсь. Да, я планирую завалить ее цветами.

— Тогда я возьму кувшин, видела в шкафу.

— Конечно, зачем ты спрашиваешь? Ты дома.

Отрицательно качает головой и идет ставить цветы в кувшин.

Ну да, щас, вот так взял я и выпустил тебя, моя красивая девочка. Не надо мне тут отрицать.

А дальше Аделина кормит нас с Андреем. И это безумно вкусно. Я готов всегда есть из её рук.

Наблюдаю, как она суетится, ставя чайник, вытирая руки о бумажные полотенца, заваривает чай, и я понимаю, что в этой квартире ее очень не хватало. Это же сказка, когда в доме есть женщина.

Не просто женщина, а именно та, которую ты хочешь видеть в своем доме. А таких мало. Она всего одна.

Пьем чай под телевизор. Меня накрывает ощущением тепла, уюта и правильности происходящего.

Дюха засматривается в телевизор и ставит кружку мимо стола. Кружка вдребезги.

— Ой! — пацан сначала замирает, а потом смотрит то на мать, то на меня, бегая глазами.

— Я честно-честно случайно! — испуганно сообщает он мне. — Я не хотел, правда…

Да что за херня-то?

Перевожу взгляд на Аделину.

Лупишь ты его, что ли?

Не похоже, что она способна поднять на ребенка руку, потому что тоже испуганно хлопает глазами. Ладно, потом разберёмся.

— Ты чего? — треплю пацана по волосам. — Это всего лишь кружка. Разбилась — на счастье, — улыбаюсь я ему.

— На счастье? — не понимает пацан, хлопая глазами.

— Да, посуда бьётся на счастье. А счастья много не бывает, — допиваю свой чай и, подмигивая Андрею, тоже бью свою чашку о пол.

— Ну что вы делаете? — нервно усмехается Аделина. А пацан довольно улыбается и сонно зевает.

Ну вот, а то напугались мне тут.

— Андрей, не вставай. Я уберу осколки, — соскакивает с места Аделина, а сама босиком.

— Дюха, иди сюда, — снимаю его со стула и переношу на ковёр. — Иди укладывай его спать в спальную. Я сам уберу, — сообщаю ей.

— Зачем в спальную? Там твоя кровать. Мы тут, на диване, он же раскладывается? — хлопает своими нереально длинными ресницами.