Книга Сумасшедший декабрь, страница 33 – Наталья Шагаева

Кристина

Просыпаюсь от того, что дочь запрыгивает на кровать и забирается под мое одеяло.

— Я хочу кушать, — сообщает она.

— Сейчас, пять минут, — закрываю глаза, понимая, что Юра так и не вернулся домой.

Именно поэтому я вернулась к Максу. Мой муж написал, что не вернется, обещая все объяснить сегодня. И меня задело. Настолько, что я на эмоциях вылетела к Максиму пить вино. Это была ошибка. Парень принял все на свой счет. Я даже винить его не могу, ведь вчера я действительно дала повод.

Вспоминаю наш поцелуй, и накрывает злостью на себя. Это какое-то помешательство. Я сама себе поражаюсь. За все время брака у меня ни разу не возникало даже мысли о другом мужчине.

Куда я качусь?

Веду себя отвратительно. А самое ужасное, что мне понравилось. За последние годы это самое яркое событие в моей жизни. Мне дико хочется испытывать такие же спонтанные и страстные порывы с мужем, а не с пацаном.

Что я творю?

Взрослая женщина.

Закрываю лицо рукой. Но сокрушаться над поведением и винить себя не позволяет дочь, которая требует завтрак и мультики.

Поднимаемся с кровати и идем с дочерью на кухню. Сажаю ее за стол, включаю на планшете мультики и принимаюсь варить кашу. Элька не любительница овсянки, но я немного хитрю, поливая кашу карамелью и посыпая орешками. Такое блюдо дочь уплетает с удовольствием.

Делаю себе кофе, ищу в холодильнике сливки и понимаю, что моя пижама пропиталась парфюмом Максима. Тонкий запах табака и корицы. Дорогой запах, стойкий. Нервно захлопываю холодильник и иду в ванную.

Снимаю пижаму, сразу же закидывая ее в стирку. Смотрю на себя в зеркало, кусаю губы, закрываю глаза, по телу проносится волна жара от воспоминаний поцелуев мерзавца. Не пацан он — мужчина. Взрослый, молодой, наглый, горячий и страстный. А я дура с кризисом среднего возраста. Не стоят эти эмоции моего брака.

Встаю под душ. Быстро моюсь, сушу волосы феном. У меня запись в парикмахерскую, Юры до сих пор нет. Придется взять дочь с собой.

Выхожу из ванной, прохожу на кухню в одном полотенце и останавливаюсь в дверях. Юра пьет мой кофе и смотрит вместе с дочерью мультик. Элька уже жует шоколад из киндера и собирает игрушку. Довольная. С детьми проще: купил шоколадку — и они уже простили тебе все.

— Привет, мышка, — улыбается, словно ничего не произошло. Молча прохожу на кухню, игнорируя мужа. Делаю себе новый кофе, размешиваю, чувствуя на себе пристальный взгляд мужа. Раньше я глотала эти его ночные похождения. Сейчас задевает. Фото с женщиной не даёт покоя. Продолжил вечер и остался на ночь? Да и я-то тоже хороша. Поцелуй — тоже измена и ни грамма не смягчает мою вину.

Прохожу в комнату, ударяюсь пальцем об угол комода. Больно. Зажмуриваясь. Злюсь. На комод, на Юру, на себя и всю ситуацию в целом.

Отпиваю кофе, пытаясь успокоиться. Скидываю с себя полотенце, открываю комод, достаю белье, краем глаза замечая, как в комнату входит муж.

— О, это вовремя я зашёл.

Отворачиваюсь, надевая трусики. Подходит сзади, накрывая мою грудь. Дергаюсь, вырываясь, молча надеваю бюстгальтер.

— Да в чем проблема? Я был на связи, я предупредил, что не приеду, — нервно выдает он. — Я вообще-то денег заработал! — Вытаскивает из кармана несколько крупных купюр, опускает их на комод.

— Где это у нас по ночам зарабатывают? — язвительно спрашиваю я, натягиваю джинсы. Они сели, и я с трудом втискиваю в них свой зад. Втягиваю живот, застёгиваю пуговицу.