Книга Сумасшедший декабрь, страница 112 – Наталья Шагаева

Максим

Утро далеко не доброе. Голова тяжёлая. Но я встаю с кровати и иду в душ. Не могу больше без Кристины. Тело ломает, и я уже не понимаю, с похмелья это или от тоски по королеве. Все слилось воедино. Мне просто хреново.

Контрастный душ немного приводит в себя. Привожу себя в порядок, заглядываю в зеркало, все равно помятый, похудел немного. Алкогольная диета работает отлично. Одеваюсь. Спускаюсь вниз. Навстречу мне опять выходит новая домработница. Не помню, как ее зовут, да и мне в принципе плевать.

— Доброе утро, Максим Игоревич, — натянуто улыбается.

— Доброе, — прохожу мимо в прихожую, а женщина идет за мной, с той же натянутой улыбкой. Выгибаю брови, смотрю на нее вопросительно.

— Может, позавтракаете? Очень помогает с похмелья, — предлагает она мне, заискивая. Я понимаю, женщина не виновата, что ей заменили Любу. Может, она даже не в курсе, но я не могу относиться к ней нормально. Меня передёргивает от ее фальшивой улыбки и желания угодить.

— Нет. Не уверен, что ваша еда мне поможет, — быстро накидываю куртку и выхожу из дома. Плевать мне, что эта женщина обо мне думает. Мне здесь больше не жить. Закуриваю сигарету, иду к гаражу. Мой внедорожник на стоянке, бэху я разбил и до сих пор не восстановил. Забираю у охраны ключи от отцовской белой ауди и выезжаю. Права не взял, но сейчас мне плевать. Не могу терять время по мелочам. Я хочу вернуть свою женщину домой.

Чем ближе я к ее дому, тем сильнее барабанит сердце. В жар кидает, словно совершаю что-то глобальное. Так в принципе и есть, я переворачиваю сейчас две жизни. Мою и ее, объединяя их в одно целое.

Паркуюсь, глушу двигатель, ложусь на руль. Бл*ть. Внутренний гадкий голосок нашептывает: а вдруг она, и правда, вернулась к мужу? Да, под давлением, но ее все устраивает. Я же тогда загнусь.

Нет. Не может быть!

Выхожу из машины. Домофон. Если позвоню напрямую, то вряд ли мне откроют. Набираю квартиру наугад.

— Кто? — детский голос.

— Откройте. «Энергосбыт», — говорю первое, что приходит в голову. Дверь открывается, поднимаюсь, сердце ускоряет ритм. Я иду вслепую, не понимая, что меня ждёт, но я буду импровизировать.

Дверь. Звонок. Отхожу в сторону, чтобы меня не было видно в глазок. Тишина. Сердце останавливается. Еще звонок, и снова тишина. Тру лицо руками и звоню еще, хотя уже понимаю, что мне не откроют. Навстречу мне поднимается пожилой мужчина и открывает соседнюю дверь.

— Добрый день, а вы не знаете где Кристина? — спрашиваю я.

— В магазине она, — отвечает мужчина, внимательно меня рассматривая.

— А Юрий?

— Не знаю я, где этот идиот, — отмахивается он. И мне хочется пожать ему руку за это пренебрежение.

— А в каком магазине Кристина? — успеваю спросить, пока мужчина не закрыл дверь.

— Да тут за углом дома.

Я знаю этот маркет. Я помню его и вряд ли когда-нибудь забуду. Спускаюсь вниз, сажусь в машину, объезжаю дом, паркуюсь напротив маркета. Выхожу, встаю на крыльце, прикуривая сигарету. Суета, народ толпами заходит и выходит. Завтра тридцать первое, Новый год. Меня потряхивает.

Девочки выходят.

Первой меня замечает Эля.

— Максим! — летит ко мне, как ни в чем не бывало.

Кристина застывает с пакетами в руках. Обнимаю девочку. Смеется, тоже жмётся ко мне.

— Я огоньки купил. Повесил на елку.