Книга (Не) твоя жена, страница 30 – Наталья Шагаева

— Все, хватит! — останавливаю ее ласки, которыми она пытается меня отвлечь. — Рот открой, — дергаю за ремень на себя, врезаясь членом глубоко, настолько, что девушка давится…

* * *

Поправляю рубашку, брюки, надеваю ремень, наблюдая, как Инга накидывает легкое домашнее платье на голое тело.

— Останься еще, — тихо просит она. — Хотя бы на час.

— У тебя мало времени, Инга, не буду его занимать.

— Почему?

— Тебе нужно собрать вещи, завтра утром у тебя самолёт на родину.

Девушка замирает, заглядывая мне в глаза, пытается найти там ответы. А мне кажется, все предельно ясно. Она ослушалась меня. Хотела вмешаться в мою жизнь. Такого я не прощаю. Когда женщина начинает доставлять больше неудобства, чем удовольствия, ее нужно исключать.

— Эмин, я… — всхлипывает.

— Инга, я давал тебе выбор и полагал, что ты все проанализировала, но, к моему сожалению, твои эмоции взяли верх над здравым смыслом. Выбора у тебя больше нет. Ты летишь домой.

— Эмин, я… — ее глаза наливаются слезами.

— Все мои подарки остаются тебе. Остатки на твоей карте тоже твои, там достаточная сумма, чтобы начать все сначала.

— Ты говорил, что мое место неизменно. Это все из-за нее?!

Морщусь, потому что Инга переходит на истеричный крик. Чего я не переношу.

— Нет, Инга, моя женитьба здесь ни при чем. Тебя не устроило твое место, ты решила расширить границы. Это недопустимо. Собирай вещи. В четыре утра за тобой приедет машина.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но Инга бежит за мной.

— Эмин! — рыдает, захлёбываясь слезами. — Ты не знаешь главного!

Втягиваю воздух, разворачиваясь. После всех выходок и этой истерики я вообще теряю к ней интерес, как к любовнице. Это не то, что я готов терпеть.

— Когда женские слезы становятся системой, они теряют свою ценность. Не унижайся. Все!

— Эмин, — хватает меня за рукав пиджака. — Я беременна! — выкрикивает и отпускает меня, отходя на шаг назад и утирая слезы. Рассматриваю ее внимательно, а потом начинаю смеяться. Мне действительно смешно.

— Мы не в сериале, Инга. Прекрати.

— Я, правда, беременна, вот там справка, — кидается к своей сумочке, роется и, вынимая бумажку, протягивает мне. Изучаю. По бумажке действительно беременна. Но я таких бумажек могу напечатать тысячи. — Я вчера узнала.

— И какой срок? — выгибаю брови, ни грамма ей не веря. Я всегда предохраняюсь. Мне не нужны отпрыски любовниц.

— Там написано.

Всматриваюсь в бумажку. Две недели.

— Как удачно совпало. Ты узнала, что я женюсь, и тут же залетела? От кого, позволь спросить?

— Эмин! — оскорбленно распахивает заплаканные глаза.

Иду на нее, хватаю за плечи и вжимаю в стену.

— Я всегда с тобой предохранялся, Инга.

— Презервативы тоже не дают стопроцентной защиты, они могут порваться.

— Могут, — ухмыляюсь, — но таких совпадений не бывает, Инга. И если выяснится, что ты лжёшь, то я уже не буду столь обходителен с тобой, — тихо, но холодно произношу ей в лицо. — Собирайся, у тебя десять минут. Жду внизу в машине.

— Куда?

— В клинику сдавать кровь. Ты же не думаешь, что я поверю твоим бумажкам?

— Я беременна, Эмин, — выдыхает Инга. — И готова сдать любые анализы.

Не чувствую, что она лжет. Но и радости от перспективы стать отцом не испытываю. Больше раздражение и ярость на Ингу за то, что намеренно залетела. Мне хочется ее придушить за это.