Книга Сделка на любовь, страница 77 – Наталья Шагаева

Хрипло стону, приподнимаю ее бедра выше, чтобы выйти и кончить на ее подрагивающий живот, но Яна не позволяет, резко садится на меня в кульминационный момент. С рычанием изливаясь глубоко внутри, еще ничего не соображаю.

И даже после этого она не срывается с меня в панике, а замирает, утыкаясь мне в шею, обжигая кожу частым дыханием.

Ласкаю кончиками пальцев ее подрагивающие бедра, спину, плечи, перебираю волосы и дышу, травясь моей королевой снова и снова.

— Люблю, — шепчу ей на ухо, целую в волосы. — Очень… Очень… Очень… — снова признаюсь, снова все кидаю к ее ногам. Только пусть возьмет.

Проходит несколько минут. Яна до сих пор сидит на мне, и я до сих пор в ней. Мозг включается, до меня только сейчас доходит, что она разрешила мне кончить в нее. Сама... А это значит…

— Яночка, — отстраняю ее от себя, заглядывая в глаза. — Это что сейчас было? — шепотом спрашиваю я.

— Что? — улыбается, хитрая. Нежная, игривая, настоящая кошечка. Моя.

— Хочешь родить мне сына? — усмехаюсь, поддаюсь бедрами, напоминая ей, что я до сих пор внутри. Я не против, но, помнится, ее накрывало истерикой от перспективы связать со мной жизнь. Насколько я знаю, контрацептивов она не пьет. — Мы сейчас могли сделать классного пацана.

Хватаю ее скулы, притягиваю к себе, облизывая припухшие от моих поцелуев губы.

— Сейчас – не могли.

— Почему?

— Потому что… — не договаривает, улыбаясь.

— Ой, Яна, что происходит? — заглядываю в ее красивые глаза.

— А почему именно мальчика? Может, девочку?

— Может, и девочку, но мальчика, — усмехаюсь я.

— Ну вот через восемь месяцев и узнаем, — сползает с меня, поднимаясь с кровати.

— Через девять, — встаю вместе с ней, идем в ванную.

— Через восемь, — убедительно повторяет Яна и, входя в душевую кабину, настраивает воду.

— Я, конечно, не женский доктор, но даже я знаю, что беременность проходит девять месяцев, — встаю вместе с ней под теплые струи воды.

— Да никто не спорит, что девять. Но месяц уже прошел… — говорит она, берет пакетик с гелем для душа, выдавливая себе на руки.

— В смысле? — замираю.

— Я беременна, Леван. Примерно месяц.

— Беременна… — чувствую, как ее руки с гелем проходятся по моей груди, плечам. — Ты уверена? — голос пропадает. Нет, я уже давно определился, что хочу от нее детей. Только несколько минут назад сам вещал ей про мальчика. Но сейчас в легком шоке. В хорошем смысле этого слова.

— Да, — уверенно отвечает она. — Ты не рад? Я думала, ты хотел. Нет, ты, кажется, настаивал? — прекращает меня намыливать.

— Яна… — выдыхаю, между нами течёт вода, отключаю ее, чтобы не мешала. — Почему молчала?

Беру ее руки, опускаю себе на грудь, на колотящееся сердце: почувствуй все сама.

— Я сама узнала несколько дней назад. Мне нужно было осознать, — шепчет она мне.

— Яночка… — прижимаю ее к себе. — Ты ведь понимаешь, что я не отпущу тебя теперь ни при каких обстоятельствах?

— Понимаю, я и не бегу.

Я не рад. Радость – это не то слово. Нет, я до сих пор в шоке, мне тоже необходимо время на осознание. На осознание того, что она остается со мной не ради меня, не потому что любит, а потому что беременна.

Может, я загоняюсь, конечно. Определённо, так и есть. Но радость от осознания, что я стану отцом, что эта женщина родит мне ребёнка, смешивается с горечью.