Книга Горничная для тирана, страница 95 – Наталья Шагаева

Что, бл*ть, сейчас творится в ее голове?

Кем она меня теперь считает?

Демьян

Дарина в комнате, рассматривает букеты из белых роз, тут их пять. Я так захотел. Когда у мужчин заканчиваются слова, он дарит цветы. Мне нужно было много ей сказать, поэтому спальня заставлена цветами.

Молча прохожу в комнату, раскрываю все окна, впуская воздух. Мне не хватает кислорода. Дарина не реагирует, трогая пальчиками лепестки роз. Вот, что меня смущало. Девочка ушла в себя. Только сейчас понимаю почему. Да, я напугал ее, да, довел до нервного срыва. Я готов за это вечность целовать ей руки и просить прощения. Но дело не в этом. Дело в Савелии. Она попросту боится спросить у меня, почему я так поступил. Страх - это недоверие.

Прикрываю глаза, пытаясь взять себя в руки и не сорваться.

Дарина садится в кресло и рассматривает меня, словно видит впервые.

Что ты там пытаешься рассмотреть?

Монстра?

Его ты не увидишь. Он есть. Но он не для тебя.

— Спасибо за цветы, очень красиво, – благодарит она меня. – Но зачем так много? – еще раз осматривает цветы.

— Мне кажется, что это ничтожно мало, – выдыхаю я, всматриваясь в ее красивые сейчас, но грустные глаза.

— Почему?

— Потому что они не приносят тебе счастья.

— Мне очень приятно. Мне никто и никогда не дарил столько цветов. Мне вообще не дарили цветы.

— Не хочешь со мной поговорить? – спрашиваю я, облокачиваясь бедрами на комод и складывая руки на груди.

— Если ты хочешь... – затихает.

— А у тебя нет ко мне вопросов или претензий? – стараюсь говорить спокойно, но выходит холодно.

— Нет, – отворачивается, пряча взгляд. – А должны быть претензии?

— Даже не знаю... – развожу руками.

Тишина. Девочка молчит. Я даю ей шанс начать разговор со мной, но она им не пользуется. Не доверяет мне или еще хуже - опять хочет сбежать. От понимания ситуации хочется все разнести в этой комнате. И такое желание - тоже что-то новое для меня. Подобных эмоций женщины во мне не вызывали никогда. Либо она со мной и играет по моим правилам, либо не со мной. А эмоции - это что-то инородное. Женщина мне была нужна для отдыха, а не для выяснений отношений. Вникать в ее психологические проблемы мне не хотелось.

— Хочу, чтобы ты понимала, что я знаю о каждом шаге обитателей этого дома. О каждом.

Девочка сглатывает и обнимает себя руками.

— Вот, ты уже понимаешь, о чем я. По-прежнему нет ко мне вопросов?

— По-прежнему нет, – упрямо твердит она.

Да что же такое! Сжимаю переносицу, пытаясь подобрать слова и не перейти на повышенный тон. Как мне вытянуть из нее все, что прячет?

— Тогда есть вопросы у меня. Поговоришь со мной откровенно? Ты же честная девочка?

Дарина поворачивается ко мне и смотрит в глаза, кивая. Уже хорошо.

— Как ты узнала о Савелии?

— Марк...

— Снова Марк. Даже неудивительно, – качаю головой. Зря я расстраиваюсь о наследии, мой сын достоин меня. Он тоже знает о каждом шаге в этом доме. Но с ним я поговорю потом. – И вот ты узнала, где Савелий, почему пошла к нему, а не ко мне? Почему расставила приоритеты именно в сторону Савелия? – снова стараюсь говорить спокойно, но выходит ревностно. И это тоже новый для меня спецэффект. Никогда не ревновал, потому что был слишком самоуверен.

— Я хотела убедиться, что Марк не лжет и Савелий именно в этом ужасном месте.