Книга Квест. Сердце хищника, страница 79 – Наталья Шагаева

Прикрываю глаза, не выдерживая его взгляда. Мне не нужно было прятаться. Тень и так всё знает.

— Все верно, Ангел. Все верно. Ублюдок еще в игре. И выхода из Эдема нет, — хрипит, понижая голос, прислонившись щекой к моей щеке, царапая щетиной.

Обессиленно выдыхаю.

— Сколько было сезонов? Сколько ты здесь? — спрашиваю я, не рассчитывая на ответы. Грубая большая ладонь ведёт по моему бедру, скользя по тонкой ткани лосин.

— Мне кажется, я прожил здесь уже две жизни, может, больше — я потерял счет времени, — шумно втягивает мой запах, опаляя своим горячим дыханием.

— Зачем ты здесь? Какова цель? Ты садист, который наслаждается мучениями людей? — шепотом спрашиваю его.

— Я хищник, которого загнали в клетку и которому приходится адаптироваться, чтобы не стать жертвой.

Так много информации от него и одновременно ничтожно мало, непонятно.

Сжимаюсь, когда чувствую, как его пах упирается в мое бедро. Тень возбужден. Я бы сказала, очень сильно возбужден, учитывая, насколько он большой и твёрдый.

Тень возбуждает мой страх и беспомощность…

И мне уже хочется отдаться ему, чтобы получить чертовы ответы. Это всего лишь девственность. Ничто, по сравнению с ужасами, которые здесь происходят.

— Почему я должна тебе доверять? — тихо спрашиваю, чувствуя, как он сжимает мое бедро, причиняя легкую боль, и как рвется его дыхание возле моего виска.

— Потому что у тебя нет выбора, — выдыхает мне в ухо.

И он прав, черт его возьми!

— Хочешь, я исполню любое твоё желание? — вдруг предлагает Тень.

— Любое? — грустно усмехаюсь, хватаясь за мужские плечи, ища равновесие, ибо ноги уже не держат.

— В пределах Эдема, конечно, — тоже иронично усмехается. — Чего ты хочешь? Выйти за пределы дома? Погулять в саду? Здесь прекрасная оранжерея. Или, может, чего-то обычного: украшения, наряд, косметика, мороженое, музыка… — продолжает перечислять обычные вещи, которые здесь недоступны.

— Нет, здесь мне это ни к чему. Я хочу знать, что Мастер сделал с Яной. И хочу с ней поговорить наедине, чтобы она не сбегала.

— Ты опять думаешь не о себе, — осуждающе произносит он. — Сострадание в Эдеме ни к чему хорошему не приводит. Но я исполню твое желание за поцелуй.

— Поцелуй? — недоумеваю я.

— Да, всего лишь поцелуй. Но не такой, когда я беру, а ты как безвольная кукла, а с отдачей. Как будто ты сама этого очень хочешь, и этот поцелуй — самое важное и необходимое для тебя, — скользит руками выше, останавливая ладонь под моей грудью.

Сложное условие, почти невыполнимое. Я не хочу и не умею притворяться.

— Я согласна, — выдыхаю. Это не притворство, а капитуляция перед неизбежным.

Тень не спешит, не набрасывается на меня сразу. Он отстраняется и заглядывает в глаза, поглощая своей мрачной бездной. Изучает, считывая мои эмоции. Его большой палец медленно и аккуратно проводит по моей нижней губе, вынуждая разжать губы.

— Как будто это твой последний глоток воздуха, Ангел. И только мои губы могут его дать.

Прикосновение его губ к моим обжигающе горячее, влажное и требовательное. Он не спрашивает разрешения, он заявляет на меня права. Но в этой власти нет насилия. Есть его жажда и мое отчаянье.

Тень отстраняется, и я, наконец, могу сделать глоток свежего воздуха. Жадно вдыхаю его, ощущая запах табака, опасности, чего-то тёмного и одновременно сладостного, как безумие.