Книга Мерзавец, страница 45 – Наталья Шагаева

— Что за неожиданный набег родственников?

— И тебе здравствуй, — скалится брат, отодвигает меня, пропуская свою супругу вперед, и сам заходит с сыном на руках. — Не вижу радости от встречи? — подъеб*вает Глеб. А я растерян, ко мне никогда никто не приходит. Во-первых, я не приглашаю, во-вторых, по большей части меня нет дома, либо в моей квартире тусовка. С братьями мы в основном встречаемся на общих семейных сборах, а если срочное дело – где-то на нейтральной стороне.

— Привет, — хитро улыбается Рада. Приобнимаю ее и намеренно, на глазах Глеба, целую его молодую жену в щеку. Красивая девочка, фигуристая, милая. Мы дружим, назло чертовски ревнивому Глебу, чтобы не расслаблялся.

— Вот только не нужно меня злить, — психует брат, Рада усмехается. Да, и нам вообще не стыдно. Потому что я не претендую на жену брата, да и она Глеба не променяет на такую сволочь, как я.

Рада забирает у Глеба сына, снимая с ребёнка шапочку. Мой племянник уже большой. Чужие дети растут быстро. Только вроде недавно родился, а уже скоро год пацану.

— Привет, Яр, ты как? — улыбаюсь ребёнку, и племенник тянет ко мне ручки.

Беру его, подмигиваю, и накрывает осознанием, что если ребенок Кисы от меня, то у меня скоро может быть такой же пацан или девчонка. От этой мысли становится хреново. И я молюсь всем, кто там наверху, чтобы пронесло. Не то чтобы я противник детей, но я противник того, чтобы рождались нежеланные дети.

— Так по какому поводу набег? — интересуюсь, посматривая на часы. — Я вообще-то тороплюсь.

— Мы ненадолго, — Глеб проходит в гостиную, а я наблюдаю в проем дверей, как он, не стесняясь, обходит все мои комнаты.

— Нас послала мама, — шепчет мне Рада. — По ее мнению, с тобой все плохо и тебя нужно контролировать. Мы правда пытались ее переубедить, но ты же знаешь… — усмехается, разводя руками.

— Ах, вот оно что, — закатываю глаза.

— Все ему уже разболтала? — строго спрашивает Глеб, возвращаясь в прихожую. А Рада, как ребенок, показывает ему язык. Обожаю эту девочку.

— В общем, как видите, жив-здоров, — развожу руками. — Не спился или еще чего похуже, в квартире тоже никого, передайте матери, что я не нуждаюсь в инспекциях.

— Ты почаще ей звони, навещай и будь на виду. Ее тоже можно понять, — выговаривает мне Глеб.

— Дело не в этом, — отмахиваюсь. — Она мне не доверяет. Я был у нее недавно, она убедилась, что со мной все в порядке. Но отчего-то послала вас.

— Ну, а как ты хотел? Это плоды твоей публичной жизни, когда матери доносят подробности соседки.

— Ладно, учту. Ребята, я бы рад с вами поболтать и даже кофе вам сварил бы, но меня ждет шикарная женщина.

— Ооо, — тянет Рада. — А я-то думаю, что это ты такой сегодня красивый.

Глеб кидает на нее недобрый взгляд.

— Выпрашиваешь, Рада? Намеренно?

— Так, давайте вы избавите меня от лицезрения ваших игрищ, — смеюсь я, беру ключи и выхожу вместе с ними из квартиры.

(Кому интересна история Глеба и Рады, приглашаю в роман «Антигерой»).

Забегаю в цветочный и теряюсь. Никогда не придавал значения цветам. Кому они нужны? Это все романтика, которая никак не распространялась на мои отношения. Последний раз покупал цветы матери, и то декоративные розочки в горшке.

— Кому дарим цветы? — интересуется у меня женщина-флорист, замечая мою растерянность.