Книга Sex под запретом, страница 20 – Анель Ромазова

— Борзик, ты чего такая красивая сегодня, — разливается сладкоголосым соловьём. Слышу краем уха возмущённый всхлип Ирискиной, но никак не реагирую. Это мой стабильный доход, поэтому со всей «вежливостью» проговариваю.

— Что тебе надо? — дарю с барского плеча такую же неискреннюю улыбочку. В его взгляде мелькает изумление. Орловский тот ещё кобель, но приторные заманушки на нас с Васькой не действуют. Непревзойдённый мастер пикапа немного скривившись, нажёвывает нижнюю губу. Терпеливо жду, пока он провертит мыслю, чтобы потом её внятно донести.

— Курсач, — покаянно клонит голову и, блеснув лазурной синевой во взгляде, крутит на палец кудряшку, выпавшую из моего, на скорую руку заверченного, пучка.

— Д-х-а-а, как неожиданно, — взвизгивает за спиной Васька.

— Харе уши греть, я не с тобой разговариваю, — по-хамски отрезает Ваське, а моим ушкам достаётся сахарный сироп, — Ну что, Борзик, выручишь?

— У нас предоплата, скидок не предусмотрено, — хлопаю по столу и намекаю рассчитаться немедленно.

— Как раз насчёт денег. Мне тут финансирование прикрыли до конца месяца. Давай в долг, — берёт с больши́м почётом мою кисть и запечатлевает долгий поцелуй, — Пожалуйста, хочешь, на колени встану.

— Орловский, ну ты, — собираюсь было возмутиться, но коротенько обдумав — понимаю, его сам бог велел использовать. — А как насчёт… бесплатно? — делаю ресничками тудым — сюдым, от такого лишь дурак откажется.

— Конечно, хочу, — у него аж глаз горит от предложения.

— А на что ты готов ради халявы? — пропеваю таким голоском, лишь глухой не услышит подставы.

Орловский не слышит. Диагноз таков, что он просто красивый, к тому же блондин. С замиранием сердца слежу, как он открывает рот.

— Да на всё, вон даже Ирискину нагнуть. Ирискина, хочешь по акции безбашенный трах и наконец, начать улыбаться как человек.

Павлин отдыхает в сравнении с этим индивидом. Сим-сим закройся обратно. В моих мечтах он всего — навсего соглашается, а не вываливает наружу дурной и убогонький склад ума.

— Хоспадая-я-я, трахарь- благодетель. Теперь понятно, куда испарились твои мозги, ты их прое… прое.. — Вася заикается пару раз, пока совсем не останавливается, выпучив на Орловского от злости глаза. Внутренний ценз не даёт пропустить матерок, и это Ваську бесит, как и виновник её закипания. Лекс дёргает бёдрами, во всём понятном жесте совокупления, сопровождая это провокационными возгласами.

— Глубже, Лекс. Ещё! Да! Ещё! Да! — разносит дебиловатый стёб по опустевшей аудитории.

— Короче, нет их у тебя, — вплеснув руками и покраснев как рак, Ирискина в скором темпе забрасывает рюкзак на плечо и поворачивается, обращаясь ко мне — Ты идешь?

Мне бы одуматься самое время, но как только поднимаю свой зад со стула, Орловский встаёт поперёк дороги. Берет из моих рук сумку и приобняв за талию, теснит к столу.

— Иди, я тебя догоню, — кричу подруге вслед. Лекс подозрительно интимно налаживает контакт с моим копчиком, поглаживая и опускаясь всё ближе к моей заднице. Что это на него нашло. Совсем уже нас за людей не считает, — Руки убрал и отойди подальше, пока не схлопотал, чем-нибудь тяжёлым по лицу, — порчу атмосферу, которую он, томно посапывая над ухом, пытается создать.

— Малышка, ты чего, я думал, курсач именно так придётся отработать, — со всей невозмутимостью разводит руками. Вот же идиота кусок. Глубоко вздыхаю, чтобы не послать к чертям затею, вместе с Лексом на пару.