Книга Дочь врага. Мой сладкий грех, страница 62 – Наталья Шагаева

Пауза. Всегда холодный и пустой взгляд Литвина меняется, а челюсть сжимается.

— Что ты сейчас сказал? — резко подается вперед.

— Мы с Лизой вместе. Я ее не использовал. Так совпало. Все произошло по ее желанию. Поэтому я здесь и все тебе отдаю. За моей спиной никто не стоит, камней за пазухой больше нет. Хочешь ты этого или нет, я ее забираю. Она моя. Ты либо смиряешься с этой информацией, либо пускаешь мне пулю в лоб. Другого пути нет. Я мог бы сделать по-другому, снова пустить «бомбу» в ход, чтобы забрать у тебя дочь. Но Лиза мне этого не простит. Поэтому я здесь, почти обнажённый.

Литвин прикрывает глаза и глубоко втягивает воздух.

Потом резко встает и идет на меня.

Тоже встаю. Мордобоя не избежать. За свою дочь я бы тоже сломал челюсть – как минимум.

Он резко хватает меня за грудки и дёргает на себя, сверля яростным взглядом. Не дергаюсь. Хотя могу спокойно уйти от захвата и скрутить его.

— Что ты сделал? — рычит. — Как ты, мразь, посмел тронуть мою дочь?! — встряхивает меня, отпускает и бьёт правой в челюсть.

Больно, в глазах немного темнеет, во рту привкус крови, но челюсть цела. Этот удар я пропускаю и принимаю. А вот от следующего ухожу, ставя блок. Замираем.

— Ты прекрасно понимаешь, что в рукопашке мне нет равных. Давай не будем устраивать мордобой.

Отступаю, показывая, что не намерен драться.

— А я тебе морду бить больше не буду. Я тебя закопаю за дочь! — кричит в ярости.

Ну а кто сказал, что будет легко?

Нервно усмехаюсь.

— У тебя, Олег, жена молодая, девочка в дочери тебе годится. Любит тебя. И Лиза меня любит. Так, сука, сложилось.

— А ты мою жену не трогай! — рявкает он и берет телефон, но не успевает никого набрать, как дверь кабинета распахивается и входит его беременная супруга.

— Олег, — произносит она, держась за живот.

— Не сейчас, Надя. Я занят!

— Олег, я, кажется, рожаю! — кричит она ему и тут же морщится, держась за живот.

(История Литвина и Надежды «Запретные игры»)

* * *

Лиза

Вадима нет уже…

Смотрю на часы, пытаясь посчитать, сколько прошло часов с момента, как он уехал к отцу.

Да много уже прошло! Почти целый день.

И меня накрывает паникой. Хожу по его квартире из стороны в сторону с телефоном в руках.

И ведь я хотела пойти вместе с ним. Но Вадим запретил.

Мне, конечно, льстит, что Довлатов мужик и всё решает сам.

Но, чёрт…

До обеда он мне отвечал на сообщения. Писал, что всё хорошо и всё решаемо. После обеда его телефон выдает мне только одну заезженную фразу: «Абонент выключен или временно недоступен».

И ведь Довлатов говорил мне, что так может быть, приказал не паниковать и ничего не предпринимать.

И что я, должна тут сидеть и ждать неизвестно чего?

Боже!

Боже, какая я идиотка.

Сама же поставила такое условие и отправила Вадима к отцу. Ну ведь знала, что отец не ангел. Сама струсила признаться о связи с Довлатовым.

Решаюсь, набираю отца.

Его телефон не отключен, но он не отвечает. Ни на первый мой звонок, ни на второй, ни даже на десятый.

С психом откидываю телефон на диван, снова прохожусь по комнате. Возвращаюсь, хватаю телефон, набираю Надю.

А она тоже меня игнорирует.

Да что вы там, с ума все, что ли, сошли?!

Быстро натягиваю на себя спортивный костюм, расчесываю волосы и несусь вниз, попутно вызывая такси.

Прости, Вадим, ты меня знаешь. Сидеть и ждать своей участи я не буду. Тем более я сама эту кашу и заварила.