Книга Дочь врага. Мой сладкий грех, страница 37 – Наталья Шагаева

Блять…

Не дашь ты мне прийти в себя, да?

Малышка будет меня топить в себе насмерть. И вчера я дал ей на это зеленый свет.

Жестокая малышка.

Открываю глаза, обхватывая ее бедра. Заглядываю в глаза. Хитрая, рассматривает меня. Совсем не стесняется голой груди, которая бесстыдно нависает над моим лицом, когда малышка наклоняется и ластится носом по моей щеке.

— Доброе утро, — шепчет мне на ухо.

— Слезь с меня, если не хочешь снова быть растерзанной, — усмехаюсь я, а сам поглаживаю упругую попочку. Вдыхаю запах девочки на шее, целую.

— Не-а, — смеётся и рывком садится ровно, взмахивая копной волос, прогибается, как в ее чёртовом танце. — Ты мой. Что хочу, то и делаю. Терпи.

— Вот это заявление, — усмехаюсь. — Моя госпожа? — выгибаю бровь и шлепаю ее прелестную попку. Взвизгивает, ерзая на мне. Член наливается, упираясь в ее бедра.

— Дааа, — довольно щурится. — Мне нравится, называй меня «моя госпожа».

— И что ты будешь с этим делать? — смотрю, как облизывает губы.

— Еще не решила, — ведёт пальчиками по моей груди.

Прикрываю на секунду глаза. Всё, опять утопила меня малышка.

— Пожалей свою девочку, — указываю глазами на ее лобок, провожу пальцем по пирсингу, играя с серёжкой на пупке. — Она еще не зажила, и ей будет очень больно.

— Ну есть же и другие способы, — улыбается, заливаясь краской. Кажется, я разбудил хищницу.

— Да? И какие? — обхватываю ее грудь, сжимаю. У неё идеальная грудь, которая точно ложится в мои ладони.

— Ты же опытный дяденька. Придумай что-нибудь, — провокационно заявляет она, ерзая на мне, чем вызывает во мне вспышку животного возбуждения.

Я даже не помню, когда последний раз так заводился. Секс в последнее время был чисто механический. Слил напряжение, выкурил сигарету, принял душ, смывая с себя запах женщины, и ушел. Здесь же взрывается даже не тело, а мозги. Малышка меня погубит.

Уже погубила...

— Я, Лиза, могу придумать десяток вариантов. Уверена, что они тебе понравятся?

— Уверена. Мне понравится всё с твоей подачи.

Моя ты наивная. Думает, взрослая и выдержит всё. Нет, так оно и будет лет через пять. А сейчас…

— Откинься назад, упрись руками в мои колени, и ножки шире, покажи мне себя.

Мнется.

— Быстро! — рычу.

Исполняет. Прогибается, разводя ноги. А там центр нашего удовольствия. Нижние губки алые, набухшие после нашей ночи. Еще воспалённые. Но всё равно мокрая. Течёт моя девочка.

Снова закрываю глаза и глубоко вдыхаю, чтобы не сорваться и не оттрахать ее. Плакать будет.

Провожу по нижним губкам пальцем, аккуратно собирая влагу. Девочка содрогается.

— А что это ты вчера творила в ванной, моя плохая девочка? — ласкаю клитор. Медленно скольжу пальцами, нащупывая ее точку удовольствия. Да, вот здесь, немного сбоку – подсказывает ее сдавленный стон.

— Ты всё видел.

— Видел. Хулиганка, — щипаю клитор. Вздрагивает.

— А ты зачем ворвался ко мне в ванную? — задает встречный вопрос и откидывает голову, кусая губы, оттого что я начинаю массировать клитор быстрее. Ножки дрожат. Такая чувствительная. Ей много не надо.

— Я стучал вообще-то и звал тебя. Ты не отвечала. Запаниковал. Распахнул двери, чисто на инстинктах. А там… — усмехаюсь.

— Упс, — тоже возбуждённо смеется и тут же стонет, оттого что уже на пике. Я вижу это по тому, как сочится ее влага.