Книга Еще любишь?, страница 32 – Ви Венто

Может, Соне показалось, но какой-то проблеск сознания как будто промелькнул в голубых глазах. И она решила еще укрепить свою тираду.

— Мне больше нечего тебе сказать, – девушка отпустила подругу и села на кровать. – Если ты решила все похерить, то давай, иди и разбей сердце своим родителям, ведь именно о таком для своей дочери они и мечтали.

Алена молчала долго. Потом тяжело вздохнула и встала с пола.

— Ты права. Ты во всем права, – бескровными губами прошептала она. – Слишком много стоит на кону. Завтра я пойду к Тимуру и попрощаюсь с ним.

— Алена, не говори ему про Лондон, – решительно возразила подруга. – Он не отпустит, начнет отговаривать. Тебе будет только тяжелее порвать с ним. Ты его больше никогда не увидишь! – последняя фраза резанула холодным лезвием по сердцу Алены, но подруга продолжала: – Поэтому не думай о последствиях. Проведи с ним последний вечер, попрощайся и вернись домой.

— Я так и сделаю. Ничего не скажу. Это уже не имеет значения. Решение принято. Так будет лучше для нас обоих. Он из-за меня теряет карьеру в боксе, отдавая предпочтение мне. А он очень перспективный спортсмен, – закивала Алена, убеждая саму себя. – Останься сегодня со мной. Поможешь вещи упаковать? Я очень соскучилась по тебе. – Она подошла и крепко обняла Соню.

* * *

Тимур предложил пойти на open-space вечеринку. Приехал какой-то модный диджей из Москвы. Алена отказалась, сославшись на не очень хорошее самочувствие, и настояла, чтобы они остались у Тимура. Она сказала, что приедет к нему сама и пробудет недолго, потому что родители уже точат на нее зуб за постоянное отсутствие дома. Тимур согласился, он понимал, что уже приближается время учебы и, скорее всего, родители пытаются ввести в рамки разгулявшуюся за лето дочь.

Взглянув на девушку, он заволновался. Выглядела она действительно не очень: покрасневшие блестящие глаза, апатичное поведение. Он усадил ее на колени.

— Малыш, ты что расклеилась? – гладил он ее по бедру.

Она не ответила. Молча встала, прошла по его небольшой комнате в сторону выключателя, хлопнула по нему. Комната погрузилась в темноту, только тусклый свет уличного фонаря немного рассеивал мрак. Она стянула через голову черное хлопковое платье и бросила его к босым ступням, потом сняла трусики и кинула их туда же. Тряхнула копной длинных волос и, переступив через свои вещи, направилась к сидящему на диване Тимуру. Села на него, обхватила руками его лицо, провела пальцами по немного колючим скулам. Это редкость для Тимура, подметила она, обычно он гладко выбрит. Провела по его губам, запоминая их. Белые зубы парня блеснули в темноте. Он улыбнулся.

— Ты какая-то особенная сегодня, – Тимур медленно водил руками по ее обнаженной спине, включаясь в ее игру.

Она припала к его губам и стала медленно, с упоением его целовать, посасывая то одну, то другую губу. Ее волосы саваном накрыли их обоих. Пальчики провели по крепкой шее и спустились к пуговицам на рубашке. Не останавливая поцелуй, одну за другой, медленно, как будто растягивая время, она расстегнула их и распахнула полы. Дотронулась до гладкой, широкой груди, прошлась по твердому прессу. Губы уже целовали его шею, а ноздри вдыхали его мужской запах, самый любимый запах на свете. Глаза защипало от слез, но она взяла себя в руки. Сползла с него и встала на колени между его ног. Прислонилась губами к его груди, осыпала ее нежными поцелуями, захватывая зубами то один сосок, то другой. Тимур пытался перенять инициативу, уложить ее на диван и тоже сделать ей приятное, но она оттолкнула его на спинку дивана. Он всегда давал ей больше, чем она ему. Сегодня она с ним прощалась, поэтому отдаст себя всю и подарит прощальное наслаждение. Освободив его член от лишней одежды и белья, девушка приняла его в рот со стоном удовольствия.