Книга Его неуловимая землянка, страница 56 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Женщины любят ушами. Это правда. Но мне, оказалось, не красивые какие-то слова нужны, а вот это грубоватое признание, сказанное низким хриплым мужским голосом. Я выгнулась навстречу, запуская пальцы в его волосы.

— Не жди, — прошептала я, отпуская себя полностью. — Пожалуйста, не жди.

Нет. Это была не я. Не та Мария, которая боялась хардов. Не та женщина, которая строила стены вокруг своего сердца. Откуда во мне вдруг столько огня оказалось? Или я и была такой, но очень хорошо скрывала все это в себе?

В любом случае, сейчас уже поздно было давать задний ход. И с каким же облегчением я это признала.

Карион рыкнул низко, довольно, и его верс стремительно распался, соскользнул с его плеч на пол.

Мой очень быстро последовал за ним.

Золотистая ткань метнулась вниз, ее тут же накрыла чёрная весьма недвусмысленным образом, и они сплелись там, внизу, в точности как тогда, в его спальне. Но мне уже было не до наблюдений за половыми взаимоотношениями версов.

Потому что в этот момент Карион стремительно вошел в меня.

Резко, без лишней нежности, просто взял то, что принадлежало ему по праву, которое я только что сама признала.

Я даже не вскрикнула, потому что он настолько идеально заполнил меня собой, будто наше тела создавали именно друг для друга.

Время точно застыло. И сам Карион замер на секунду.

— Смотри на меня, — хрипло приказал он, как там в особняке, и я послушно распахнула глаза, которые сама не заметила, как зажмурила при его вторжении.

В его же багровых глазах полыхал такой огонь, что у меня аж пальцы на ногах поджались от предвкушения. Никакой игры. Никакой маски. Только голое, первобытное желание. О даа…

Карион начал двигаться.

Сначала медленно, давая мне почувствовать каждое своё властное подчиняющее движение. Как он выходит почти до конца, оставляя меня пустой, холодной, и снова входит глубоко, до основания, заставляя выгибаться и хватать воздух ртом.

И я тоже больше не пыталась играть. Да и возможности такой не было. Просто цеплялась за его плечи, чувствуя под пальцами горячую мужскую кожу, и не могла сдержать стонов и всхлипов. Они рвались из моей груди сами, громкие, откровенные, неприличные.

Хард ускорился. Карион брал меня мощно, сильно, почти грубо, и каждое его вторжение отзывалось во мне бурлящей, ударной волной, стирающей остатки мыслей.

— Карион... — умоляюще выдохнула я.

Боже, о чём я просила? Пощады? Продолжения? Не знаю.

Хард только довольно сверкнул своими багровыми глазами и усилил толчки. Он уже входил в меня так глубоко, что стиралась последняя грань между болью и наслаждением. Мои без моего участия ноги обхватили его бёдра, притягивая ближе, требуя ещё, ещё, ещё.

И он давал, был безжалостен в своей щедрости, и я тонула в этом волнующем, порочном ощущении, когда тебя забирают целиком, без остатка, подчиняя своей безоговорочной власти.

Мир превратился в мельтешение красок и звуков. Я слышала его хриплое тяжелое дыхание. Чувствовала сильные, горячие руки, властно прижимающие меня к нему. И его запах — терпкий, мужской, пьянящий, который смешивался с запахом океана.

Первый оргазм накрыл внезапно.

Я не ждала его так быстро, тело просто сдалось, не выдержало этого напора, этого безумного темпа. Волна ударила откуда-то изнутри, разносясь по телу горячими, пульсирующими толчками, и я пронзительно закричала, выгибаясь под мужским телом, впиваясь ногтями в его спину.