Книга Его неуловимая землянка, страница 40 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Я удивленно подняла на него глаза. Вот этого я тоже не ожидала. Зачем ему и дальше прикрываться этой причиной? Все ведь уже. Нашел и сцапал. Какой из него пациент?

Но хард смотрел серьёзно, и в глубине его багровых глаз плясали золотисто- тёплые, веселые молнии. Ему нравилось меня ошарашивать.

— И тебе не стоит переживать по поводу времени, — добавил он. — Я всё улажу. С этого дня у тебя индивидуальный, плавающий график.

Я даже поперхнулась от неожиданности. Мысленно отхлестала себя по щекам. Всё уладит. Этот хард все точно сможет. Конечно. Уладит. Потому что он может всё.

— Нужно только твоё согласие, — новая фраза Кариона, и новая волна удивления во мне. — Ты же согласна, Мария?

И мир рухнул в очередной раз.

Мария! Он назвал меня Марией!

Не Терией. Не Рией. Сказал моё настоящее имя. То, которое я не слышала от чужих уже много лет. То, которое знали только Катя, Тимур и... теперь он.

Как он узнал?

Сердце пропустило удар, потом ещё один. Я смотрела на него широко раскрытыми глазами, и в голове звенела пустота.

Значит он точно всё знает. Все мое прошлое.

Я проиграла, так и не успев начать свою игру. Хард видит меня насквозь.

— Ты же согласна? — повторил он тихо и настойчиво.

Что мне оставалось? Обложил со всех сторон. Я обреченно кивнула.

Потому, что не было больше сил сопротивляться. На каком-то пугающем, животном уровне, я вдруг поняла: он не отпустит. Этот хард нашёл меня на окраине галактики, и теперь я никуда не денусь. Можно брыкаться, можно кричать, можно бежать, всё бесполезно.

И в этом осознании оказалась странная, пугающая свобода.

Не надо больше врать. Не надо притворяться. Он всё равно знает правду.

Карион поднялся первым. Легко, бесшумно, одним текучим движением.

— Идём. Я провожу тебя до дома.

Я тоже встала, придерживая букет обеими руками, потому что он был тяжёлым. Оглянулась по сторонам. Словно в кошмарном сне очутилась, где всё замедленно, а ты не можешь проснуться.

Мы вышли из кафе. Карион привычно направлял меня, положив руку на мою спину. Улица всё так же пустовала, но теперь я почти не замечала этого, все мысли были о том, что завтра он снова будет рядом. И послезавтра. И, кажется, всегда.

— Я сама доберусь, — последняя моя попытка сопротивления. — Правда, не нужно. Я…

В этот момент с неба бесшумно спустился флаер. Огромный, роскошный, с обтекаемыми хищными формами и тонированными стёклами. И он нагло приземлился прямо у обочины, словно имел на это нерушимое право, даже не качнувшись, настолько мягкой была система амортизации.

Вот теперь я точно была окончательно побеждена. Все мои попытки хард пресекал с ленивой пугающей легкостью.

Дверь открылась, приглашая внутрь.

— Садись, — Карион коротким жестом указал на открытый проём.

Я продолжала стоять. Застыла буквально на месте. Карион тут же властно завладел моей рукой и мягко потянул на себя.

— Я обязан проследить, что ты благополучно добралась домой. Чтобы не волноваться, что моя диагностика завтра пройдёт успешно. Мне сказали, ты лучший специалист, — с опасной вкрадчивостью добавил он.

Я вскинула на него возмущённый взгляд и зачарованно приоткрыла рот.

В его глазах уже совершенно отчетливо плясали веселые искры.

Серьёзное лицо, идеально ровная линия губ, но глаза... они точно смеялись. Этот невозможный хард просто издевался надо мной. Причём делал это с таким притягательным обаянием, что я вдруг на секунду забыла, что должна его бояться.