Книга Пока все смотрят, страница 62 – Джо К. Тейт

Я умываюсь, чищу зубы и бреду на кухню, зевая и протирая глаза, которые горят и чешутся от недосыпа. На дверце холодильника записка от мамы: завтрак, полы, стирка и маленькое сердечко внизу. Раньше она писала в начале списка мое имя, а внизу добавляла «целую».

Пока кофеварка шкварчит и фыркает, заполняя кружку ароматным напитком, я успеваю разбить яйца, нарезать ломтиками ветчину для омлета и овощи на салат.

Помешивая омлет лопаткой, пью кофе, стараясь не морщиться от горечи. Зерна мы покупаем самые дешевые, а молоко я решила не тратить, чтобы хватило братьям на хлопья.

Экран мобильника на столе темный, стучу по нему пальцем, чтобы проверить, вдруг пропустила сообщение, но новых уведомлений нет. Странно ждать ответа в половину шестого утра в выходной, но я жду. Интересно, во сколько Тайлер встает? Тренировки у него всегда перед уроками, то есть в школу он приезжает не позже семи… А что он любит есть на завтрак?

Ставлю кружку на столешницу и быстро записываю вопрос в заметку под названием «Придурочный придурок». Немного подумав, меняю его на «Тайлер», потом стираю полностью. Заметка о нем – это одно, это для дела, но его имя в названии ощущается странно. Словно мне действительно важно знать, кто он по знаку зодиака (Лев, первое августа), кто его любимый супергерой (Профессор Ксавье из «Людей Х»), чего боится больше всего (высота, ненавидит летать, но делает это пять раз в год из-за соревнований и желания родителей проводить отпуск вместе за границей).

Я чищу картошку, режу мясо, собираю все на противень и убираю в духовку. Действую на автомате, мысленно возвращаясь к нашему недавнему ожесточенному спору, кто прав: Профессор или Магнето^[16]. Очевидно, что я выиграла. Любой нормальный человек понимает, что первый просто наивный идеалист. Добро без кулаков бессильно против зла. Мир жесток и несправедлив. Ты можешь быть самым прекрасным человеком на земле, но это не спасет тебя.

Тайлер этого не понимает. В его мире проблемы уровня «красную или желтую купить машину». А я даже не знаю, боюсь ли летать, – даже в аэропорту никогда не была.

Пока он ворчал, как ему надоело проводить каникулы в Альпах, катаясь на лыжах, я думала, увижу ли когда-нибудь их. Не лыжи, конечно. Альпы.

Я накрываю сковородку крышкой, а салат ставлю на стол вместе с тарелками, ложками и упаковкой хлопьев, чтобы матери не пришлось тратить время на сервировку, а потом хватаю корзину и иду по комнатам, собирая разбросанные носки, испачканные платки, штаны, кофты, возвращаю на место игрушки и книжки, выставляю в аккуратный ряд обувь, раскиданную по всей прихожей.

К восьми я вытаскиваю жаркое из духовки, переодеваюсь и выхожу из дома. Сообщений все еще нет. Я думаю, спит ли Тайлер в пижаме или в ней ему жарко? Интересно, в детстве у него была пижама с рыбками? Я хихикаю, представив, как он бы округлил глаза от этого вопроса, а потом обиженно протянул: «Раз я пловец, то должен быть помешан на всем, что связано с водой?», а у самого на телефоне стикер с акулой.

Воздух на улице еще свежий после ночной прохлады.

Я делаю музыку погромче, чтобы отвлечься от ноющего колена, и не смотрю в сторону остановки, когда мимо проезжает автобус. Мой страх иррационален, уверена, я могу его преодолеть… просто не сегодня.