Книга Пока все смотрят, страница 110 – Джо К. Тейт

— Мы можем пойти все вместе. Один голос могут не услышать, но если нас будет много… – начинаю я, но девочки качают головами.

Я их понимаю, эта борьба кажется бессмысленной, но не могу больше терпеть зуд внутри. Я пыталась играть по правилам: петиции, разговоры, дебаты. Все это пустое, мужчины не слышат слов, не верят им, значит, пора действовать по-другому.

Скай

В коридоре я ловлю Стивена – парнишку из актерского, худенького и немного заикающегося, когда дело доходит до ответов на уроках. Забавно, что он не боится сцены, зато робеет, когда нужно представить презентацию перед классом. Мы с ним одного роста и похожей комплекции, поэтому он идеально подходит для моего плана.

— Дай мне свои запасные штаны, – говорю я, схватив его за запястье. Из-за толстых линз в очках его глаза и без того кажутся неестественно большими, а от моей фразы расширяются еще сильнее.

— Ш-штаны?

Я точно знаю, что он хранит запасные в шкафчике. Этот парень самый неловкий человек во всей школе, как минимум трижды в неделю он что-то проливает или просыпает на себя.

— Да, давай скорее, мне очень нужно. Взамен обещаю взять в пару на следующую презентацию по биологии. Тебе даже делать ничего не придется, обещаю.

— Но…

Я щурюсь и складываю руки на груди.

— Стив, я не могу ждать вечно, давай штаны сейчас же.

— Л-ладно. Только не кричи. – Он оглядывается в поисках помощи. На нас кидают несколько заинтересованных взглядов, но большинству все равно. – Ты как-то изменилась за этот год… – бормочет Стивен, доставая вещи из шкафчика.

— Хорошо, если так, не жаться же всю жизнь по углам.

Я говорю искренне. Устала быть скромной, следовать правилам и ждать, что они меня защитят. Плохие вещи случаются с хорошими людьми, но нельзя давать им сломить себя. Я полтора года избегала автобусов из-за одного жалкого фроттера^[30].

Он такой не один: когда я собирала информацию, нашла целые группы, где такие же больные извращенцы обмениваются историями, советами и способами, как лучше все сделать. Чаще всего их привлекают юные девушки и хрупкие женщины, неспособные дать отпор, одетые в юбки и платья, которые легко задрать.

Нет никакой точной статистики по таким случаям, потому что в полиции часто отказываются их фиксировать, а многие жертвы просто стыдятся об этом говорить.

Я переодеваюсь в туалете. Пальцы дрожат от волнения так сильно, что пуговицу удается застегнуть не с первого раза. Когда выхожу в коридор, на лице появляется до нелепого радостная улыбка.

Но это не радость, а непроизвольная реакция, связанная с выбросом адреналина. Я фиксирую ее, делая мысленную пометку, как будто речь не обо мне, а стороннем объекте эксперимента. Так проще – абстрагируемся, анализируем, отпускаем.

Я успеваю войти в класс за секунду до звонка. Мистер Симонс оглядывает меня с головы до ног.

— Экспериментируете со стилем, мисс Фокс?

— Вроде того. – Я все еще глупо улыбаюсь, когда иду к своему месту.

Тайлер удивленно приподнимает брови, а Зак ворчливо отмечает:

— Заскучала без новых скандалов?

Как только он отходит, Тайлер и Блейз возникают рядом.

— Я принесла вам кексы, – быстро говорю я, опережая их вопросы, но они не ведутся на эту уловку.

— Что-то случилось?

Я повторяю им то же, что и учителю минутой ранее. Мне. Так. Удобно. Они не спорят и не пытаются переубедить. Мы идем в следующий класс вместе.