Книга Весна перемен, страница 81 – Катарина Херцог

— Расслабься, дорогая! Я тоже редко бываю полностью одетой, когда завариваю первую чашку кофе по утрам. — Губы Клаудии изогнулись в снисходительной улыбке. — Конечно, мне следовало позвонить, но входная дверь была открыта.

Разве они не заперли ее вчера? Шона не помнила.

— К тому же я не знала, что ты уже переехала. — Оттого, что Клаудия отнеслась к неловкой ситуации с юмором, Шона почувствовала облегчение.

— Хотите кофе, миссис Бирнс? — спросила она, потому что хоть убей не знала, что еще сказать.

Клаудия рассмеялась:

— С удовольствием. Но пожалуйста, зови меня Клаудия, и перейдем на «ты»! И может, тебе будет комфортнее, если ты сначала оденешься?

В самом деле. Шона благодарно кивнула. Но когда она поняла, что по дороге на кухню Клаудия наверняка прошла мимо ее одежды, ей стало на несколько градусов жарче. И почему она сразу не собрала вещи? Ей хотелось произвести хорошее впечатление на маму Альфи.

Когда Шона вернулась на кухню одетая, Клаудия уже сняла плащ, повесила сумку на спинку стула и налила две чашки кофе. Смущаясь, Шона села за стол рядом с ней. К счастью, разговор завела Клаудия.

— Приятно познакомиться. Прежде мы общались только по телефону. И конечно, виделись на похоронах. — Она старалась говорить непринужденно, однако Шона заметила, как ее красивое лицо напряглось. Альфи тоже не умел контролировать мимику. Шоне было больно видеть, как сильно они похожи. Прямые волосы цвета корицы с легким рыжеватым оттенком, загорелая кожа, поразительно ровные зубы, выдающаяся нижняя челюсть. Прошлой ночью у могилы Шона с трудом могла вспомнить черты Альфи, но теперь узнала в его матери так много от него.

— Это было давно, — сказала Шона сдавленным голосом.

Клаудия кивнула:

— Десять лет назад. Вчера я была на могиле с мамой и тетей и принесла Альфи букет незабудок. Прямо как ты на похоронах. Я подумала, что это очень милый жест.

Шона почувствовала, как на глаза навернулись слезы.

— Я очень любила твоего сына, — произнесла она.

— И он тебя. — Клаудия положила ладонь на руку Шоны и нежно сжала ее. — Альфи даже рассказал мне, а могу тебя заверить, он редко чем-то со мной делился. Но ты… Для него ты была особенной.

Не стоило ей этого говорить! Из уголка глаза Шоны скатилась слезинка, оставив влажный след на щеке.

— Видимо, тебе он этого не сказал, да?

Шона покачала головой:

— Нет, не сказал! — И если она действительно была такой особенной, почему тогда Альфи изменял ей снова и снова?

Клаудия убрала руку.

— Знаешь, у нас с Альфи было не самое лучшее начало, и даже позже, когда я снова более-менее обрела контроль над своей жизнью, мне так и не удалось построить с ним те отношения, которые хотелось бы. Слишком много всего произошло. И все же между нами оставалась определенная связь. Мы были чертовски похожи. К моему большому сожалению. В Альфи я узнавала так много от собственной мятежной души. Желание попасть туда, где ты никогда не был. Вечный поиск синей розы. — Она мечтательно улыбнулась. — Даже сейчас я все такая же. — Клаудия сделала глоток кофе. — Ты знала, что Альфи писал стихи?

Нет! Удивившись, Шона покачала головой. Она знала, что он играл на гитаре, ездил на мотоцикле, ненавидел школу, обожал вечеринки, был за любой кипеж и не ел мяса с трех лет. Но о том, что Альфи писал стихи, она не знала.