Книга Весна перемен, страница 30 – Катарина Херцог

— К сожалению, да. Они уже поделились своими планами на это место. — Шона рассказала Нейту о бассейне и бунгало без пауков.

— Вот же дерьмо! — воскликнул он, и, хотя это ругательство в очередной раз показало, как сильно за последние годы изменился Нейт, — прежний Нейт никогда бы не сказал «дерьмо» из страха перед одной лишь Молли, — Шона усмехнулась, потому что это выражение довольно точно передавало ее чувства.

— На днях приедут еще двое желающих.

— Думаешь, кто-то из них питает слабость к старым полуразрушенным сараям и мечтает жить в маленьком, продуваемом сквозняками коттедже без соседей? — с сомнением спросила Шона.

Нейт пожал плечами:

— В начале года я три недели жил в хижине посреди гор, без соседей. Там даже электричества не было, но тогда я не придавал этому значения.

— Молли мне говорила. Ты ездил на Бали.

Он кивнул:

— Я читал, что балийцы проводят первые двадцать четыре часа нового года совсем не так, как мы празднуем Хогманай^[3]. Первый день нового года они называют «ньепи» — «день тишины». Нельзя выходить из дома, слушать музыку и даже включать свет. Теле- и радиостанции приостанавливают работу, аэропорт закрывается, а в последние несколько лет даже отключают интернет. Так местные жители пытаются обмануть демонов и злых духов, чтобы те решили, будто остров безлюден, и прошли мимо. Попытка начать все с чистого листа без призраков прошлого.

— И как? Получилось? — спросила Шона.

— Что?

— Ну, новое начало без злых духов. Иначе зачем ты летал на Бали именно в это время?

Нейт молчал, и на мгновение Шона задумалась, не зашла ли она слишком далеко.

Наконец он ответил:

— Возможно, получилось бы. Но, к сожалению, я не изучил вопрос заранее. На Бали Новый год отмечают не тридцать первого декабря, как здесь, а в марте. — Нейт снова сделал паузу, прежде чем продолжить. — Но в хижине у меня было что-то вроде личного ньепи. И так каждый день. Тишина была волшебной. А после захода солнца наступала кромешная тьма. Я никогда не видел такого звездного неба, даже в пустыне.

— Звучит прекрасно, — сказала Шона.

— Так и было. — На губах друга заиграла улыбка, а его уставшие зеленые глаза заблестели, и на мгновение Шоне показалось, что она снова видит прежнего Нейта. Того Нейта, который много лет назад поклялся ей, что всегда будет рядом. И по которому она так скучала. Как бы Шона хотела сказать ему это, сжимая его руку, как в ту ночь, когда они давали клятву.

Но Нейт нарушил клятву, поэтому она отвела взгляд от его лица и сказала:

— Мне пора. Дай знать, если вдруг соберешься в деревню.

— Это вряд ли. — Нейт поднял с земли парку и надел ее.

Ну и ладно! Шона свистнула Бонни и, только когда отошла на приличное расстояние, решила оглянуться. Она не знала, ожидала ли увидеть, как Нейт стоит перед коттеджем «Бэйвью» и смотрит ей вслед, но его отсутствие все равно ее ранило. На секунду Шона остановилась и вместо старого коттеджа попыталась представить затесавшееся между холмами современное бунгало из стекла и металла. И бассейн вместо сарая Альфи. Не смогла.

Шона вытащила из кармана телефон. Не для того, чтобы сделать последний снимок, а чтобы открыть страницу конкурса по выпечке тортов. «Там, где живет любовь…» Внезапно тема перестала казаться такой уж банальной и такой уж невыполнимой. Потому что она вдруг поняла, где это место — и что ей непременно нужно его сохранить.