Книга Весна перемен, страница 25 – Катарина Херцог

— Пошли, Бонни! Пойдем домой! — Шона посмотрела на собаку, терпеливо ожидавшую рядом, и тут же вспомнила, что в подвале их дома стоит огромный и ужасно шумный агрегат, а сама она пока живет в милой, но маленькой комнате без балкона. Погода за окном была прекрасная, поэтому Шоне не хотелось сидеть в четырех стенах. Она решила немного прогуляться с Бонни, прежде чем вернуться в Хиллкрест-хаус и вздремнуть.

Она отправилась в путь. Уже чувствовалось приближение весны. Воздух показался Шоне мягче, чем несколько дней назад, и пахло чуть слаще. На ветвях деревьев уже набухали почки, а в саду Миллеров распускались подснежники. При виде нежных белых чашечек Шона почувствовала прилив сил. Весна всегда была ее любимым временем года. Она с нетерпением ждала, когда дни снова станут длиннее, все вокруг наполнится яркими красками и вернутся птицы. Иногда она уже слышала первое робкое щебетание.

Шона планировала прогуляться по дощатой тропинке через маршевые луга. Но, купив в лавке Джо сэндвич с рыбой для себя и Бонни, она развернулась и, как и накануне, направилась к холмам. Хотела в последний раз навестить коттедж «Бэйвью», а заодно опустить ключи в почтовый ящик. Сильви так обрадовалась идее Шоны купить их домик, что практически вложила связку ей в ладонь. Шона вздохнула. Что ж, не судьба.

Хотя в Суинтоне стояла почти весенняя погода, на холмах, как и всегда, дул холодный ветер. Шона застегнула куртку, надела шапку и, миновав пустующую бельевую веревку, направилась к задней части участка, где стоял сарай Альфи. Ей хотелось немного посидеть на скамейке, съесть сэндвич с рыбой и полюбоваться морем. После продажи коттеджа у нее такой возможности больше не будет.

Серая плитка на дорожке, ведущей к сараю, покрылась мхом, расшаталась и частично треснула. Возле покосившегося куста стояла тачка с кучей камней, а рядом с ней во влажной земле торчала лопата. К сараю Альфи были прислонены две сломанные доски. Кто-то, должно быть, заменил их новыми. Сильви упомянула, что перед продажей кое-что нужно подлатать. Пока Бонни отправилась бродить по участку, уткнувшись носом в землю, Шона села на старую деревянную скамейку и развернула сэндвич с рыбой.

Она обвела взглядом вершины холмов. Какой же потрясающий вид! Шона не припоминала ни одного другого места, откуда можно было бы смотреть так далеко. Ей нравилось, что здесь, наверху, всегда дул легкий ветерок. Он нежно играл ее локонами, гладил лицо. Закрыв глаза, она представляла, что это пальцы Альфи. На этой самой скамейке он впервые ее поцеловал. Как же давно это было.

В этом году исполнялось уже десять лет со дня смерти Альфи. У Шоны сжалось горло от воспоминания о том, как папа сообщил ей эту новость. Его лицо было серым, а руки дрожали; он попросил ее сесть, потому что случилось нечто ужасное. Альфи попал в аварию. На мотоцикле. И погиб на месте.

Шона захотела немедленно отправиться к нему. Убедиться, что слова отца — ложь. Но это была правда. Пять дней спустя Шона стояла у открытого гроба Альфи. Он лежал неподвижный и тихий. Но Альфи никогда не был неподвижным и тихим — наоборот, шумным и жаждущим жизни!

Лай Бонни оторвал ее от мыслей. Собака лаяла очень редко, и было довольно непривычно слышать ее голос — низкий глухой «гав». В следующее мгновение Бонни уже неслась к дому. Шона встала, чтобы посмотреть, что же привлекло ее внимание.