Книга Книжная деревушка в Шотландии. Зимний блеск, страница 41 – Катарина Херцог

Признаться, никто из его временных сотрудников не был так молод и привлекателен, как Виктория Ламбах. Он взглянул на нее. Она разговаривала с Хью и Дороти. Несмотря на то что сегодня она надела толстые зимние вещи, было в ней что-то элегантное. Она держалась так, словно много лет танцевала в балете. Ее волосы были светлыми, очень светлыми. Почти серебристыми, особенно сейчас, в лунном свете. А глаза у нее были зелеными, как у русалки. Он сам убедился в этом, когда не так давно она лежала на нем.

Вспомнив об этом, он почувствовал прилив жара, что совсем ему не понравилось. Последней женщиной, с которой он имел столь близкий физический контакт, была Пэт. Три года назад.

— Она наверняка положила на тебя глаз, поэтому и хочет у тебя работать, – отвлекла его от непристойных мыслей Шона. – В конце концов, в газете тебя назвали самым завидным женихом Суинтона.

Грэм поморщился. Даже спустя год его все еще дразнят этой возмутительной статейкой!

— Это было в «Суинтон Пресс», а не в «Нэшнл» или «Таймс». И я не думаю, что наша газета оказалась в Германии.

Шона сузила карие глаза до двух маленьких щелок.

— В любом случае я за ней присмотрю.

— Чудесно, значит, вас двое. – Грэм застонал. – Папа сказал то же самое. И могу заверить вас обоих, что я вполне способен и сам держать ее на расстоянии.

— Не сомневаюсь в твоих способностях. – Шона вызывающе посмотрела на него из-под длинных темных ресниц. – Но хочется ли тебе этого?

— Не говори ерунды! Мисс Ламбах – моя временная помощница, вот и все. – Грэму надоел этот разговор. Он оставил Шону и отправился за Тайсоном.

Пес сидел перед палаткой с едой, и взгляд его круглых глаз растопил бы сердце даже Снежной королевы.

— Последний спуск! – крикнул Грэм сыну. Финли и Герти как раз поднимались на вершину холма.

— Но ведь завтра не надо в школу! – запротестовал Финли.

— Никаких «но»! – В отличие от сына, Грэму завтра придется встать рано. Он наклонился к мопсу. – А ты перестань приставать к людям и пойдем со мной, – сказал он столь же суровым тоном. Он взял пса на руки и присоединился к Виктории, которая уже закончила разговор с Дороти и Хью.

— Могу я угостить вас глинтвейном? – спросила она. – Боюсь, Нанетт заставит меня еще раз прокатиться на санках, а наш совместный спуск и так был достаточно быстрым для меня. – Она поморщилась.

— Увы, я за рулем, – с сожалением ответил Грэм и почувствовал себя жутким занудой.

— Тогда, может, стаканчик фруктового пунша? Я тоже выпью. Устроим чаепитие, как в «Алисе в Стране чудес».

— Ладно, тогда фруктовый пунш, – ответил Грэм. Вики почему-то выглядела разочарованной. Но ведь она сама предложила! Может, стоило выбрать глинтвейн?

— Чем вы занимаетесь, когда не помогаете в моем магазине? – спросил он Викторию, когда они встали в очередь у палатки с напитками. Он не считал ее магазинной воровкой или что она положила на него глаз, однако разговор с Шоной пробудил в нем беспокойство.

Она на мгновение замешкалась.

— Я работаю в галерее. Кстати, вчера вечером, прогуливаясь по городу, я увидела, что в Суинтоне тоже есть галерея. – Мисс Ламбах явно не горела желанием рассказывать о своей жизни в Германии. – Там висело несколько цветных карандашных рисунков, они мне очень понравились. Я сделала фото. – Она достала мобильный телефон и показала ему фотографии. – Это работы некоего Э. Смита. Я погуглила, но выяснила лишь, что это художник, который живет в маленьком городке на юго-западном побережье Шотландии, и мне интересно, вдруг это Суинтон. Вы его знаете?