Книга Развод. Последний приказ, страница 82 – Анна Риман

— Быстро же ты.

— Это ты сейчас правда решил поговорить со мной о скорости?

Он отвел глаза первым.

На секунду стало почти жаль нас прежних. Тех, кто когда-то стоял на этой кухне, спорил о плитке, выбирал шторы, считал ипотечный платеж и думал, что взрослые люди так строят жизнь. Потом жалость прошла. Потому что прежних нас больше не было. Остался он — с моей кружкой в руке и долгами за спиной.

— Ключ оставь, — сказала я.

Максим посмотрел на меня с недоверием.

— Что?

— Ключ. Оставь.

— Не перегибай.

— Это моя квартира.

— Наша.

— Тем более. Все вопросы через адвоката.

Он сжал челюсть. Несколько секунд казалось, что сейчас сорвется. Начнет кричать, хлопнет дверью, скажет что-нибудь мерзкое. Но вместо этого полез в карман и бросил ключи на стол.

Металл ударился о поверхность и прокатился к сахарнице.

— А ты изменилась, — произнес он сухо.

В голосе не было восхищения. Только раздражение и что-то еще, ближе к досаде. Как если бы сломалась вещь, которая раньше работала безотказно.

— Нет, Максим. Просто до меня наконец дошло.

— Что?

— Что с тобой бесполезно по-человечески.

Он усмехнулся, но уже без прежней силы.

— Посмотрим.

Ответа не последовало. Максим вышел из кухни, в прихожей взял куртку. Дверь за ним закрылась без хлопка, почти аккуратно.

За дверью еще несколько секунд слышались его шаги, потом подъезд снова затих. Я подошла к замку, повернула защелку. Дернула ручку. Дверь держалась плотно. На столе лежал его ключ, но легче от этого не стало. Дубликат мог быть у кого угодно. У него, у Светы, у черта в кармане.

Замок надо менять.

Эта мысль пришла без паники. Практичная и злая.

На кухне еще пахло его одеколоном. Воздух был испорчен им, как вещь, к которой прикасались грязными руками. Кружка стояла на столе, недопитый чай темнел на дне.

Я взяла ее двумя пальцами, вылила чай в раковину и включила горячую воду. Мыла долго. Дольше, чем требовалось. Пальцы покраснели, на стекле окна отразилось мое бледное лицо.

Форточка открылась с трудом. В квартиру потянуло вечерним воздухом, шумом дороги, весной и мокрым асфальтом. Одеколон не исчез, но стал слабее.

Ключ Максима лежал на столе и раздражал одним своим видом. Замок нужно менять, и как можно быстрее.

Только сил не осталось даже на это.

Пришлось прислониться к подоконнику. Всего на секунду я закрыла глаза и неожиданно вспомнила Волкова. Как он открывал передо мной дверь машины, молча ставил чайник, не требуя благодарности. Рядом с ним мне впервые за долгое время не приходилось все время держаться.

Горло сжалось. Я отвернулась к окну и вдохнула холодный московский воздух.

После Волкова одиночество ощущалось иначе.

Ночью я то проваливалась в сон, то снова просыпалась от каждого шороха в подъезде. Под утро всё-таки отключилась, но ненадолго. Голова была тяжелой, глаза резало, а на кухне до сих пор лежал ключ Максима.

Тот самый, который он бросил на стол перед уходом.

Я взяла его двумя пальцами и сунула в ящик к старым квитанциям и батарейкам. Потом открыла телефон и полезла искать, как вообще меняют замки. Оказалось, ничего сложного. Нужно снять личинку, измерить, купить новую.

По крайней мере, так выглядело на видео.

Чай сделать не успела. Телефон зазвонил, когда я уже стояла перед зеркалом и пыталась застегнуть блузку непослушными пальцами.