Книга После брака. Не предают любя, страница 90 – Анна Томченко

То есть тогда пять лет назад я поступила правильно и Арс это тоже понимал. А теперь по его логике правильно было сойтись, быть вместе, без «люблю», но с пресловутым «надо», потому что это не я его лишала выбора, а это он осознанно выбирал.

И выбрал семью.

У Арсения глаза блестели в свете ночных фонарей. Я не могла сказать, что там сейчас клубилась тьма или бушевала ярость. Нет.

Он ответа не давал.

И поэтому я спросила другое…

— Ты сказал… – Я постаралась отстраниться. Упёрла ладонь ему в грудь. – Ты сказал утром: как тебя угораздило. – перетряхнула плечами от того, что возвращаться в то утро в Москве было больно.

Потому что я поверила в сказку. А сказку разбили.

Я посмотрела ему пристально в глаза.

— Что тебя угораздило, Арс?

Олеся.

Ворошилов сделал шаг назад и потёр переносицу.

— О чём ты?

— То утро в твоей квартире. Первое утро. Я услышала, когда проснулась: “и как же меня угораздило”. Что тебя угораздило, Ворошилов?

Я не понимала, что он за человек. Он видел жалость во мне и тут же её убивал тем, как ставил меня на место, тем, как заставлял снова злиться на него.

Зачем он это делал?

Он настолько не хотел, чтобы кто-то понял, что ему действительно нужно? Или как?

— Я лежала и боялась встать. – Стала тараторить я. – Я думала, что всё было настолько, насколько вообще может быть офигенно в моей ситуации. Я не знала, как это, когда по-другому. У меня опыта никакого не было. Я лежала и боялась пошевелиться. А ты сказал, что тебя угораздило. Я это слышала.

— Раз слышала, какого чёрта не спросила? – Холодно уточнил Ворошилов и взлохматил волосы от затылка ко лбу.

Я растерянно приоткрыла рот.

Сейчас бы я, конечно, спросила. На тот момент не знаю, я была слишком не в себе. Я была слишком раздавлена, чтобы из одного скандала перекатываться в другой. А ещё я отдавала себе отчёт, что спали и спали, знакомиться для этого необязательно. Это же мир взрослой жизни. Это же мир властных мужчин. Так с чего я должна была играть по правилам детской сказки? Сейчас бы я спросила. Хотя бы просто потому, что это мир взрослых мужчин. Хотя бы потому, что сейчас я в этом не вижу ничего такого: просто узнать, просто понять.

— Мне было страшно. – Честно ответила, глядя ему в глаза.

Арс потёр подбородок и качнул головой, словно бы негодуя.

— Я не знаю, что тебя там угораздило, но…

— Но тебя это сломало. – Вскинув подбородок, шёпотом произнёс Ворошилов и сузил глаза. – Тебя это сломало. Поэтому, когда я вышел из душа, ты уже была не моей.

— А я никогда не была твоей. – Решила поставить точку.

— Была ночью моей. Поэтому всё остальное время…

— Поэтому всё остальное время, – продолжила я за Арса, складывая руки на груди, – я провела в качестве взрослой женщины рядом со взрослым мужчиной. Так что тебя угораздило?

Арс снова вздохнул и, нахмурившись, признался:

— Я не помню.

— Врёшь! – Тут же обрубила я и выставила палец вперёд. – Врёшь, Ворошилов! Всё ты прекрасно помнишь. Ты не спросил: когда такое сказал, что после этого делал. Ты начал давать определение, почему я была другой. Ты всё помнишь. Говори.

— Тебе реально это так важно знать? Мне казалось, что тебе намного важнее будет узнать, что я готов гарантировать твою безопасность, безопасность своего сына. Я готов на много что, но никак не на события пятилетней давности.