Книга Он принадлежал работе. Пока не взял её, страница 58 – Мила Букина

Только оставшись с Андреем наедине, Анастасия вдруг ясно поняла, что демонстрирует сейчас свои истинные чувства. В моменты горя она не задумывалась, что будет делать с этими чувствами дальше – ей было не до того.

А сейчас мысли резко собрались воедино и стремительно понеслись:

«Я ни за что не признаюсь ему. Нет, нет ни за что на свете. Кто я такая, чтобы любить такого, как он. Я не имела права влюбляться в этого мужчину, между нами бездонная пропасть: антилопы не любят львов, а львы не любят антилоп.

Он никогда не полюбит такую простую девушку, как я, такими только пользуются – что он и делает. Он меня просто купил, а я, идиотка, влюбилась. Я себя погубила собственными руками. Зачем я только согласилась на всё это, Господи. Но я не могла не согласиться и оставить Веру без помощи.

Я ему нравлюсь, он меня хочет, я неоднократно это видела и чувствовала, но он меня не любит! И я не покажу ему своих слабостей, не позволю больше меня использовать. Как только всё это закончится, я уеду отсюда. Навсегда уеду!»

Андрей нащупал кнопку на панели кровати, пальцы еще не слушались, не с первого раза он нажал её и поднял изголовье повыше. Заметив, в каком состоянии находится Настя, он сказал:

«А я думал, это я тут умирающий. Ты выглядишь не очень».

Анастасия, разрываясь изнутри, пытаясь скрыть свои мысли, сделала отстранённое лицо и сказала:

«Просто мне с тобой – не просто».

Андрей улыбнулся, вспомнив их неловкость при столкновении на лестнице, и продолжил:

«Мне не просто, тебе не просто. Однако ты была права. Мы действительно идеальная пара – Харуто тебе поверит. Ты даже в такой драматичной ситуации умеешь прекрасно продолжать вести игру и даже пустить слезу. Я действительно зря сомневался – ты великолепная актриса. Ты способна покорить любого мужчину, если захочешь. Заметь, как на нас смотрел Пётр Сергеевич, с радостью и сопереживанием – люди верят, что мы любим друг друга».

Анастасия вспыхнула – раздражение накрыло мгновенно. Снова погрузившись в свои мысли:

«Каков эгоист, ну просто циник, посмотрите на него. Только вылез из комы – и его расчётливая маска вылезла вместе с ним. Сразу же думает о контракте. Он не спросил ни о маме, ни о папе, ни о том, что мне пришлось пережить. Ему ни до кого нет дела. Он любит только себя и свою работу! За что я полюбила этого монстра? Эту машину по производству неприятностей?»

С раздражением, в котором читалась боль, она сказала ему:

«Ты даже не поблагодарил меня за то, что я не растерялась, не паниковала, взяла свою волю в кулак и везла твоё обмякшее тело сюда. Я очень испугалась, я не знала, как себя вести и что говорить. От меня требовали доверенное лицо… Ты и этим не поинтересовался, даже не спросил, где твои родители, тут ли они, знают ли они».

Андрей слушал её, и его лицо постепенно смягчалось – с закрытого и сдержанного на мягкое и любящее. Анастасия резко встала и направилась к выходу, не в силах тут больше оставаться.

Андрей позвал её тихо, его голос был похож на тот самый шёпот, которым он звал её, будучи в коме:

«Настя, не уходи, пожалуйста».

Но она продолжила идти к двери. Потом вспомнила, как всего несколько минут назад мечтала, была готова отдать что угодно за возможность ответить ему на этот зов. Она развернулась, подошла к нему из последних своих сил, и спросила: