Книга Четыре года после развода️⚡️. Основано на реальных событиях. 2ч, страница 61 – Мила Букина

Эля попыталась высвободить свою руку, но у неё не вышло. Он держал очень крепко, словно зажал в клещи, при этом – больно не было. Она сказала:

— Отпусти меня, я хочу уйти.

Гена посмотрел ей в глаза и отпустил её руку. Он попытался обнять её, но она увернулась и, обогнув стол вокруг, нырнула за штору. Эля пулей вылетела из ресторана и, подбежав к первому попавшемуся такси, села в него и направилась домой. Её телефон разрывался от входящих звонков Геннадия. Она тут же рефлекторно выключила его трясущимися руками. Всю дорогу она думала:

«Господи... куда я попала? Он же реально какой-то псих. Надо было своей головой думать, когда знакомилась в интернете и прыгала в постель к первому попавшемуся... Хотя я тогда была просто не способна адекватно думать... Что теперь делать? Он явно опасен. Как теперь мне избавиться от него? Что же он сделал с Василием? Откуда он знает про меня и Семёна? Мы же были с ним тогда в лесу совершенно одни. Неужели он, правда, как-то прослушивает меня? Но как?»

Вопросы оставались без ответа. Эля вернулась домой и закрыла входную дверь на все имеющиеся замки.

—

*Блоттер (от англ. blotter — «промокашка», «пропитыватель») – это специальная полоска для тестирования ароматов. Используется как профессиональными парфюмерами при создании композиций, так и покупателями в парфюмерных магазинах для знакомства с ароматами.

На следующее утро Эля очень тихо и осторожно выходила из подъезда вместе с Викой. Их поджидало такси: Эля решила сегодня не ждать маршрутку на остановке, отвозя дочь в школу. Она боялась увидеть Геннадия под дверью, прекрасно понимая, что разговор с ним не окончен, и он не из тех, кто так легко сдаётся. Однако её телефон непривычно молчал, и его нигде не было видно.

Прошла ровно неделя, прежде чем Эля увидела на экране своего телефона входящий звонок с именем «Неизвестный номер». Она решила ответить.

— Алло.

— Привет. Мне нужно поговорить с тобой.

— Привет. Поздравляю тебя с этим. А мне не нужно. Совсем.

— Эля, пожалуйста… выслушай меня. Я стою у тебя под дверью. Не стал звонить в дверь, боялся, вдруг Вика уже спит.

— Она действительно уже спит.

— Пожалуйста, открой мне дверь.

— Зачем? Чтобы ты опять накинулся на меня и распускал свои руки? Нет. Уходи. И не звони мне больше.

— Я просто хочу поговорить с тобой. Клянусь, я тебя больше не обижу. Обещаю, больше никогда не сделаю тебе больно. Ты же знаешь: я держу своё слово.

Эля действительно знала, что он принципиальный и всегда держал своё слово. Голос его был поникший, и она невольно сжалилась над ним. Она подошла к входной двери и посмотрела в глазок: он действительно стоял под дверью – помятый, небритый; от его собранности и уверенности не осталось ничего. Она на секунду замерла и всё же открыла дверь, впустив его за порог.

Он вошёл внутрь и долго, не отрываясь, смотрел Эле в глаза. Она рассмотрела его внимательнее – его было просто не узнать. Впервые в жизни она видела его в помятой рубашке, с щетиной, взъерошенного и с грязными ботинками. Он увидел, как она рассматривает его и сказал:

— Да, извини, что я в таком виде. Сам от себя не ожидал. Это всё ты со мной сделала.

— Я? Причём тут я?

— Эля… Знаешь, я живу на свете уже пятый десяток и очень многое повидал и пережил, бывали в моей жизни страшные дни, например, как мы в Ираке закрывали посольство под обстрелами. Как мы сидели в убежище, под вой сирен… Я думал – это был самый страшный день в моей жизни. Но оказывается, я ошибался. Самый страшный был день, когда ты ушла от меня, и я ничего не смог с этим сделать... вообще ничего.