Книга Четыре года после развода️⚡️. Основано на реальных событиях. 2ч, страница 215 – Мила Букина

Семён тут же вскочил и побежал в коридор. Уже через минуту в палате был Андрей Владимирович и вместе с ним ещё две женщины в белых халатах, одна из которых встала у пеленального столика в ожидании. Эля поняла, что это неонатолог*, а значит, она вот-вот родит, и мучения скоро закончатся. Эля закрыла глаза и мысленно приготовилась к болезненному осмотру. Врач надел перчатки, осмотрел и скомандовал акушерке:

— Надевай перчатки. Полное раскрытие, иди принимать.

Затем он сказал Эле:

— Сейчас будем рожать. Как только начнётся потуга, делаем глубокий вдох и с усилием выталкиваем ребёнка. Понятно, что нужно делать?

Эля кивнула в ответ. Семён стоял в изголовье и переживал, что Эля провалилась в свой туннель, как в прошлые роды и не слышит врача, он хотел повторить его слова, но врач опередил его, сказав:

— Не надо мне кивать. Говори словами, что ты поняла? Что сейчас тебе нужно делать?

Бледная и измученная Эля, лежащая на подушке, промокшей от её пота очень тихо ответила:

— Я должна сделать вдох и тужиться.

Врач ей одобрительно улыбнулся, похлопал по ноге и добавил:

— Вот умница. Давай. Уже скоро начнётся, собери все свои силы.

Тут Семён взглянул на врача, он был максимально собран и сосредоточен, от прошлой усталости и сонливости не осталось и следа, он стоял наготове, словно тигр перед прыжком и Семён подумал:

«А врач он всё же опытный…».

Но тут его мысли оборвались. Эля сделала глубокий вдох, прижала к себе колени руками, её живот сократился, и Семён увидел, как показалась чёрная головка ребёнка и тут же она снова ушла обратно. Он взглянул на лицо врача, и ему это не понравилось, Андрей Владимирович был хмур и что-то показал жестом акушерке, та сразу же направилась к стерильному столику, набрала лекарство в шприц и встала рядом с рукой Эли, на которой находился катетер, в ожидании команды врача. Андрей Владимирович посмотрел в глаза Эле и честно сказал:

— Эля, потуга была очень слабая, головка почти не продвинулась, ребёнок сейчас зажат, ты должна очень сильно постараться, приложить максимум усилий на следующей потуге и родить головку как можно быстрее. Не нервничай, у нас всё под контролем, просто соберись и помоги своему телу. Повтори, что нужно делать.

Но Эля и Семён занервничали мгновенно. От усталости и сонливости Эли не осталось и следа. Она широко открыла глаза, приподняла свою голову и громко ответила:

— Я всё поняла. Я должна родить головку, я готова.

Врач оценил состояние Семёна, увидев, как тот напряжён, он сказал ему:

— И вы не стойте без дела, как только она начнёт тужиться, придерживайте ей голову, чтобы ей было легче принять нужную позу, её голова прижимается подбородком к груди. Ясно?

Семён уже смотрел на врача молящими глазами, в которых светилась благодарность. Он ответил:

— Я всё сделаю.

Андрей Владимирович взглянул на его напряженные руки, сжатые в кулаки и добавил:

— Шею только ей не сверните, лишь слегка поддерживаем.

И тут Эля широко распахнула глаза и сделала настолько глубокий вдох, будто она собирается нырять на дно океана. Все сразу всё поняли, Семён взял её под голову, Андрей Владимирович навалился своим корпусом на ноги Эли, заметив, что держать их она уже не в силах и показалась головка, ровно на половину, и тут же застряла. Голова была передавлена в районе открытого рта и затылка ребёнка, малышка попыталась сделать вдох, и у неё ничего не вышло, послышался слабый писк. Семён смотрел на это с ужасом, наблюдая, как быстро синеет личико дочери, даже он понял, что это не нормально. И следующее о чём он подумал – Эля сейчас смотрит на него, и, чтобы не пугать её, Семён постарался сделать обычное лицо. Врач с акушеркой переглянулись, и он кивнул ей.