Онлайн книга «Четыре года после развода️⚡️. Основано на реальных событиях. 2ч»
|
Эля повернулась и посмотрела на него влюблёнными глазами, она почувствовала его взгляд на себе и вышла из транса. Она спросила: — О чём думаешь? — О тебе, конечно. А ты? — А я вспоминала все наши путешествия. Даже вспомнила тут ужас, как мы ехали по серпантину к морю над пропастью. Как было страшно… И сейчас опять будет страшно. А ты ничего не боишься. А ещё вспомнила… сколько раз я так срывалась, находясь в истерике, и мчала на машине куда глаза глядят, лишь бы только успокоиться и хоть немного заглушить боль, в надежде, что монотонность пути хоть немного приглушит её. А потом на трассе промелькнёт знак «Алексин» и всё… Ты резко останавливаешься и бежишь по кукурузному полю… вся в слезах… и даже оно напоминает о тебе. А тебя рядом больше нет. Ты где-то там, неизвестно где, неизвестно с кем… Дыхание у Эли участилось и на её глазах навернулись слёзы. Семён сказал: — И всё же есть ещё одна вещь, которую я до сих пор боюсь. Мне всё так же страшно потерять тебя. Именно мои страхи причиняли нам столько боли и разделяли нас. Но теперь, при этом же страхе, я буду рядом с тобой. Знаешь, когда я ехал к Юле, на пути был один знак, я проезжал посеёлок с названием «Элинка» и мне было каждый раз, буквально каждый, так больно, хотелось развернуться и поехать к тебе. Но я дальше молча ехал вперёд, потому что к тебе было нельзя. — Мне казалось тогда, что мне судьба отвесила боли побольше, а оказывается, мы были ранены одинаково. Как ты думаешь? Мы когда-нибудь перестанем бояться? Сможем просто любить друг друга спокойно? — Сможем. Я уверен. Они заехали в «Макдональдс», перекусили и приехали в Домодедово. Машина осталась на хранение на платной парковке. Все трое прошли таможенный контроль и сидели в зоне Duty Free с ручной кладью, ожидая объявления посадки на их рейс. Уставшая Вика сидела в своём телефоне на сиденье и сторожила сумки. А Эля стояла и смотрела через огромное панорамное стекло на самолёт, наблюдая, как к нему едет трап. Семён увидел, что её руки дрожат, он подошел к ней и, обнимая сзади за плечи, сказал: — Ничего не бойся, милая, я с тобой. Эля вздрогнула и ответила: — Это, конечно, очень радует. Но ты только посмотри на эту огромную железную махину. Как тут можно не бояться? Это же просто… полная жопа. Меня всю трясёт, а я ещё даже не в нём. Семён тепло улыбнулся и ответил: — Эля… через три часа мы с тобой уже будем жариться на солнышке Родоса. В самолёте я тебя обниму, и ты успокоишься. Могу даже поцеловать – это всегда работает. — Три часа меня будет трясти? Ну, это точно полная жопа… — Ничего с нами не случится. Там страшно от силы первые несколько минут на взлёте, когда самолёт разгоняется и набирает высоту, может заложить уши, и всё. Потом мы летим плавно и спокойно. И тебе в этот момент дадут леденцов, отвлечёшься. — Правда? Конфеты дают? Это умно. А я не люблю леденцы, я шоколадные люблю. Хотя мне сейчас скорее водка нужна, а не конфеты. Но водку мне нельзя… Тут же Эля осеклась и замолчала. Семён посмотрел на неё внимательно, задумался и ответил: — Водку я тебе точно не куплю, её никому нельзя, даже мне от неё плохо, а вот шоколадные конфетки мы можем ещё успеть купить. Пошли в дьюти-фри, поищем что-то для тебя и Вики вкусненькое? А то сейчас в любой момент рейс объявят, вон багаж уже погрузили. |